Ирина Репьёва, секретарь СП России, председатель Товарищества детских и юношеских писателей России
Какова цель изучения истории России в школе?
Доклад на секции XIV ВРНС: «Русский язык, литература и история. Миссия учителя».

Какова цель изучения истории России в школе? Надо полагать, всё-таки воспитание любви к родному Отечеству. Вторая цель – обучение размышлению, ибо именно знание прошлого лежит в основе убеждений, политической, гражданской позиции любого современного человека. К тому же, манипулировать можно только сознанием непросвещенного, малокультурного общества, наивного и потому крайне доверчивого. Третья же цель – это формирование единомыслия, ибо без общего взгляда на прошлое невозможна и выработка решения, каким мы хотели бы видеть наше общее будущее. Неслучайно сегодня нам пытаются внушить, что все мы разные и потому должны разбрестись по субкультурам, замкнуться в них. Однако разномыслие неплодотворно, очень часто оно порождает споры, в которых не ищется истина, а просто убиваются время и силы.

Но главное слово на уроках истории – это всё-таки «любовь». Если в основу любого человеческого сообщества положить не принцип Любви, а принцип поиска некой субъективной «справедливости», взаимонепонимание обеспечено. Ведь представление о «справедливости» у каждого человека своё. Справедливо ли, например, что во времена правления императрицы Анны Иоанновны Саровские иноки по доносу были заподозрены в государственной измене и брошены в темницу? Среди них и о. Иоанн – первоначальник Саровской пустыни - предтеча будущего монастыря. Как будто бы ужасная несправедливость. И последуют негодующие выводы об убийственной роли русского царизма, гнилости русского общества, способного на донос, и, конечно, призывы к революции.

Но тот, кто любит Господа, понимает, что четыре года, проведенные о. Иоанном в темнице, это испытание его веры, проверка силы духа. Он его выдержал и, вероятнее всего, удостоился за это Царствия Небесного. Испытанию был подвергнут и сам о. Серафим Саровский. Три года пролежал он молодым человеком в водянке, испытывая страшные боли, пока ни явилась ему в несказанном свете за его терпение и смирение Пресвятая Богородица и ни сказала: «Этот нашего рода», после чего коснулась жезлом бедра больного и исторгла из него чудесным образом скопившуюся воду. Именно любовь о. Серафима, тогда ещё Прохора Мошнина, к Богу исцелила его. Любовь Богородицы к будущему подвижнику Русской православной Церкви замкнула круг этих высоких чувств. Как волнительно для души это понимание! Как оно целебно и для нас, нынешних!

Потому и школьники ждут от уроков истории именно урока духовно-нравственного, урока любви, уважения к прошлому, воспитания силы и воли духа. История должна дать им понять, какими они должны стать и какими не должны быть ни в коем случае. Пора сказать нашим детям в школьных учебниках истории, что с тех самых пор, как Русь приняла Православие, вся история нашего Отечества стала историей взаимоотношений нации с Богом. Когда народ любил Господа и соборно молился ему, Он нас спасал. Когда отпадали от веры, Он отходил от нас. Он противился, если так можно выразиться о Всеблагом, - гордым и самодовольным, самоуверенным и самочинным, алчным и занимающимся самооправданием, и приходил на помощь к тем, кто звал Его, кто надеялся на Него. Потому что Бог требовал от своего творения-человека исполнения евангельских заповедей. В этом и был весь смысл российской истории. И когда сегодня любящее участие Господа в судьбе нашего Отечества игнорируется, в школьных учебниках начинается непонятная детям сумятица.

Заглянем в «Историю России» - 10 класс, авторы: Н.И. Павленко и И.Л. Андреев. Что в нём говорится о причинах принятия Русью христианства? Желание князя Владимира объединить все языческие племена на основе единственного религиозного культа. Но уже на ближайших страницах рассказывается, что Византия, в которой единобожие, этот единственный религиозный культ, к тому времени существовал более половины тысячелетия, терпело в конце 80-х годов Х века ослабление центральной власти через мятежи правителей провинций. Иначе говоря, возникает логическое противоречие, указывающее либо на глупость равноапостольного князя Владимира, его недальновидность, либо на то, что единобожие не может помочь единству государства. И неужели дети не заметят этого противоречия, которое авторами учебника, их аргументами не снимается? И ученикам становится совсем уж непонятно, почему принятие Русью христианства допустило затяжную княжескую междоусобицу. Ведь следуя логике авторов учебника, должно быть прямо противоположное. Если уж Русь и правда приняла христианство ради своего единства и только.

В рассказе этого же учебника об Андрее Боголюбском ни словом не упомянуто, что он признан Русской православной Церковью святым. Если православные историки сообщают, что «от деда Владимира Мо­номаха внук унаследовал великую духовную сосредоточенность, любовь к слову Божию и привычку обращаться к Писанию во всех случаях жиз­ни», то учебник Павленко-Андреева делает упор на «властолюбии» князя, «стремлении править единовластно», на его вражде с братьями, на желании «добиться церковной независимости от Киева». Таким образом, фигура святого становится крайне несимпатичной. Его действия, ничем кроме дерзости и гордости необъясняемые, отталкивают от интереса к нему. И становится непонятно, почему другие историки называют Андрея Боголюбского первым русским царём.

Не понятно и то, отчего он получил прозвище Боголюбского. Приводя утверждение одной, «анонимной» летописи, что он был «самовластцем», игнорируется летопись другая, в которой сказано: «мужество и ум в нём жили, правда и истина в нём ходили, вторым мудрым Соломоном был он». Сказано, что его матерью была половецкая княжна, но утаено, что она приняла Крещение и стала носить имя Марии. Если князь был «властолюбцем», то почему же летописи утверждают, что он носил в себе «страх Божий и премудрость разума от Писаний святых»? Если он был самодуром, то почему летописи сообщают, что он «от юнаго бо возраста, от младых ногтей, от мирских суемудрий отврати себе», то есть не жил суетой мира сего?

Что доброго может перенять от Андрея Боголюбского современный школьник, если он так и не узнает, что князь любил церковное пение и церковные службы, хоро­шо знал устав церковный, прекрасно помнил память какого святого и в какой день со­вершается, любил тайные ночные молитвы и часто ночью, тайком от всех, ходил в храм, зажигал свечи и молился? Если утаено, что князь любил нищих и убогих и давал милостыню, говоря: «Се есть Христос, пришедый искусить меня».

Из учебника Павленко и Андреева дети могут вынести только один вывод: себялюбивый князь Андрей из гордости разорил Киев и самочинно перенёс столицу Руси во Владимир. Меж тем, благочестивому Андрею на юге Руси было не по себе главным образом потому, что Киев к тому времени жил в отрыве от истинной веры. Князь с глубокой скорбью воспринимал междоусобные распри, бесчинства дружин родни, и потому желал осно­вать единую сильную православную державу на севере Руси. Спасти Русь и веру её! В этом его духовный подвиг! «Нечего нам здесь, батюшка, делать, — говорил он отцу, имея в виду Киев, — уйдём-ка отсюда затепло».

Вот на этот настрой, эти высокие намерения и откликнулась Пресвятая Богородица. В Выш­го­роде, что был недалеко от Киева, икона будущей «Владимирской Божьей Матери» иногда поднималась и стояла на воздухе, обнаруживая стремление покинуть это место. Тогда благо­верный князь Андрей, взяв святую икону, как великое благословение Божией Матери, тайно от всех выехал из Киева. В дороге по молитве князя пред иконой был чудесно спасён от потопления в реке Яузе один из слуг. Затем конь сбил жену священника Микулицы, затоптал её, но по молитве пред иконой она осталась живой и невредимой. Это значит, что Бог всё время был с князем Андреем. А потом Пресвятая Дева и сама явилась ему.

Так высшие силы и участвовали в истории нашей страны. Но в учебнике, естественно, об этом почти не сказано. И уж точно не сказано с благоговением! Да и Владимир-на Клязьме был заложен не просто как новая столица Руси, а по примеру Киева и Константинополя - с Золотыми и Серебряными воротами. Всю свою недолгую жизнь князь Андрей строил монастыри и храмы на Севере Руси, занимаясь его православным просвещение. Там, где раньше языческие племена занимались охотой и рыболов­ством, воссиял свет Христов, появилось иконописание, открывались школы. Но ничего этого в учебнике нет. Лишь присутствует вывод, что князь, де, самодур настолько достал всю свою родню и бояр, что «легко переступил» через неписанные права боярства, у которого отнимал имущество, и «против князя был составлен заговор, объединивший всех недовольных», даже его жену. И как это далеко от истины! Как далеко от чувства любви! Как же, чем же тогда объяснить, почему «язычники, болгаре, жидове» поражались величием и красотой установленного им в Суздальско-Владимирской земле церковного благолепия, так что многие после этого принимали святое крещение?

В 1164 году не за просто так была дарована князю победа над Волжской Болгарией, представлявшей серьёзную опасность для Русского государства. Князь и всё войско причас­тились Святых Христовых Таин и со слезами молились пред иконой Владимирской Божией Матери, прося Её помощи. И великое чудо было явлено. Одержана победа. А после неё от икон Спасителя, Богоматери и Креста исходили огненные лучи, свет, озаривший всю местность, благоухание.

Да и Киев пострадал не ни с того, ни с сего. Святой Андрей убедил епископа Феодора с покаянием поехать в Киев для восстановления канонических отноше­ний с митро­политом. Но митрополит Константин самолично осудил Фёдора на страшную казнь: ему отрезали язык, отрубили правую руку, выкололи глаза. Вот за это и был взят Киев, а вовсе не «в соответствии с логикой удельных воин», как сообщает нашим детям учебник. И, конечно, в учебнике ни слова о том, что летописи рассматривали это событие как заслуженное возмездие: «Се же здеяся за грехи их (киевлян), паче же за митропо­личью неправду».

О том, что плетутся против него козни, святой Андрей слышал, но смиренно рассуждал о своём будущем так: «Если и Господа моего распяли спасаемые Им люди, то и полагающий душу за друзей своих есть верный ученик Его». Очевидно, что убили его богоборцы. И тут, в ночь на 30 июня 1174 года, явлено как бы повторение евангельских событий. Тверская летопись сообщает, что «совещаша убийство на ночь, якоже Иуда на Господа». Во главе заговора стояли облагодетельствованные святым Андреем ключник Ясин (ка­бардинец), некий Анбал и крещёный еврей Ефрем Моизич. Людская неблагодарность наложилась на нежелание усиления могущества Руси, нежелание видеть во главе государства человека святой жизни. Так скажут верующие. А для части неверующего народа убийство и тогда явило урок безнравственности. Утром сле­дую­щего дня не только убийцы грабили дворец. Но и обезумевшие явленным примером вероломства простые люди. Они были словно заражены бесовством.

Начались грабежи и убийства такие, что страшно было смотреть, говорит очевидец. И продолжались они неделю, пока священник Николай, принесший некогда вместе с князем икону Владычицы из Вышгорода, ни обл кся в священные ризы и ни стал ходить с чудотворной иконой, уговаривая народ прекратить беспорядки. Вот тогда-то народ и усовестился, очнулся, заплакал в раскаянии. Летописец заключает: «Кого любит Гос­подь, того и наказует, говорит апостол… муче­ническою кровию омыв его прегрешения, вместе с единокровными и единодушными ему страстотерпцами Романом и Давидом ввёл его в райское блаженство». Вот такой рассказ об Андрее Боголюбском и может породить в уме наших детей рассуждение, а в сердце - любовь. Именно такая любовь к родной священной истории и способна привести народ к спасительному для него единомыслию, к осознанию и принятию общих ценностей.

Пора привлекать к написанию школьных учебников истории Отечества православных учёных. Пока же эта сфера деятельности находится в руках атеистов, от их учебников будет больше вреда, чем пользы. Ибо они, видя лишь чисто механические пружины хода событий, не в состоянии подняться на духовный уровень её восприятия. Они не понимают, что русская история не только и не столько борьба классов, не только и не столько сражение за кусок хлеба, сколько за души людей. Что русская история являет нам поле брани, на котором до скончания века будут биться сторонники православия и его лютые противники. Есть брань видимая, а есть невидимая, происходящая в тайне, являющая, как айсберг, только вершину мистических событий.

Некогда, защищая преподавание основ православной культуры в школе, я писала, что, по сути, это «вопрос о сохранении самого русского народа в истории». Но и правильный взгляд на преподавание истории в школе тоже сохранит наш народ. Фёдор Михайлович Достоевский говорил в своё время в «Дневнике писателя»: «При начале всякого народа, всякой национальности идея нравственная всегда предшествовала зарождению национальности, ибо она же и создавала её. Исходила же эта нравственная идея всегда из идей мистических, из убеждения, что человек вечен, что он не простое земное животное, а связан с другими мирами и с вечностью… И, заметьте, как только после времён и веков (потому что тут тоже свой закон, нам неведомый) начинал расшатываться и ослабевать в данной национальности её идеал духовный , так тотчас же начала падать и национальность…».

А это значит только одно: идеал духовный историки безрелигиозные явить нашим детям просто не в состоянии. Если же в учебнике истории этого идеала нет, он бесплоден. Но если есть, если мы скажем, что поступками Андрея Боголюбского руководила любовь к Богу, к родной религии и Отечеству, сердце благоверного князя через века зажжёт свет любви в сердцах наших детей. И тогда явится в них ответственность перед страной, которая не допустит презрение к ней, цинизм и корыстное её разграбление. Идеал духовный станет их собственным идеалом. И Россия сможет продлить своё существование до скончания веков, она спасётся этим идеалом.

Вернуться на главную