Александр Васильевич Суворов
Александр Васильевич Суворов живёт в столице Республики Коми в Сыктывкаре с 1947-го года. В 1968-м году с отличием окончил Коми государственный педагогический институт. С 1968-го по 2000-й год активно и плодотворно работал в журналистике: сначала в княжпогостской районной газете «Ленинское знамя», затем более 31-го года — в республиканской газете «Красное знамя». Два года работал редактором художественной литературы в Коми книжном издательстве, подготовил к изданию много заметных и ярких книг современных поэтов и писателей республики. Член Союза писателей России с 1996-го года, известный в республике поэт, переводчик, драматург. Изданы книги его стихов: «Чёрный ящик», «Память огня», «Вещий ветер» и «Из одного колодца», а также книга афоризмов «Вспышки». Заслуженный работник Республики Коми, один из авторов перевода гимна Республики Коми. Его стихи переведены на коми, финский и венгерский языки.

***
Пустынно в вечной звёздной толкотне,
И лгут астрономические доки.
Я знаю, во вселенской тишине
Никто не слышит нас – мы одиноки.

Никто не слышит нас в бездонной мгле,
Один Господь внимает нашим вскрикам.
Но Он молчит, поскольку на Земле
Всё сказано о низком и великом.

300ЛЕТ СПУСТЯ
Не на что надеяться:
Через триста лет
В пыль и прах развеется
Наш недолгий след.

Даже память ясная,
Что на всех одна,
В те года прекрасные
Будет не нужна.

Всё, что надо, сбудется,
Как мечтали мы,
Многое забудется –
Канет в бездне тьмы.

Даты на надгробиях
Вихри дней сотрут.
На иных подобиях
Выстроится труд.

По иным знамениям
Жизнь сплетёт каркас.
Новым поколениям
Будет не до нас.

Память – тварь беспечная,
Веры, светлой, нет.
Не клянитесь: вечная!
Помолитесь вслед.

ВЕЧЕРНИЕ НОВОСТИ
Бегущая строка под теленовостями –
Прерывистый ручей событий мировых.
Зачёрпывай полней горячими горстями
Энергию судьбы из точек болевых.

За окнами темно, проходит время мимо.
21.07 – на циферблате дня.
Бегущая строка спешит необратимо.
Куда она зовёт, куда ведёт меня?

И всё быстрей ведёт. Всё ближе, ближе к краю.
И глаз от букв и слов уже не оторвать.
Бегущая строка – прочесть не успеваю,
И значит, мне её с судьбой не срифмовать.

ГЕНЕРАЛЬНАЯ РЕПЕТИЦИЯ
Мы думаем, что всё всерьёз:
И кровь, и ненависть, и злоба,
И радость светлая до слёз,
И верная любовь до гроба...

Но это – лишь прогон среди
Правдоподобных декораций,
А сам спектакль впереди,
И в вечности – обвал оваций.

Мы – в полный голос, в полный рост
Под острым взором режиссёра.
Он скрытен, молчалив, непрост
И знает каждого актёра.

Он рассчитал до мелочей
Ход репетиции последней.
Не слышим мы его речей,
Ведь он в галактике соседней.

НЕКТАР
Святым нектаром Божьей благодати
Душа невыразимая полна.
Как радостно молить Христа о брате,
Испив с ним чашу трудную до дна!

Пусть брат не знает о молитве этой,
Но и в его душе, как тайный дар,
Вдруг возникает несводимой метой
Святой любви и радости нектар.

НЕБЕСНЫЙ ПОКРОВИТЕЛЬ
Под приглядом своего Святого,
В Небеса взбираясь, не спеша,
Постигает с верой Божье Слово
Труженица вечная Душа.

Не страшится крутизны неторной,
Устали не ведает в пути.
Как же Небесам за труд упорный
Праведную Душу не спасти.

И Святой, прикрыв ладонью свечку
От вселенских вихрей и забот,
Освещает каждую дощечку
Лестницы, ведущей на восход.
?
... И если Господь оставит меня
В один из последних дней,
Вселенская стужа, кровь леденя,
Станет ещё холодней.

Я превращусь в бесконечность, в значок –
В восьмёрку, павшую ниц,
И перечеркнёт любой новичок
Все мысли моих страниц.

Исчезну, если оставит Господь
Меня среди вечной тьмы,
И следом истлеет в могиле плоть,
Браная мною взаймы.

Но Бог не оставит меня вовек,
Даже когда я умру,
Ведь я не пылинка, я человек
На леденящем ветру.

ДНИ ЖИЗНИ
День за днём... То печально, то гневно.
Умереть бы хоть на день... Нельзя!
И приходится жить ежедневно,
По отточенной грани скользя.

Не убавить ни дня, не добавить,
В долг не взять и не сбагрить внаём,
И по памяти не переставить...
День за днём, день за днём, день за днём!

МИНУТА
60 секунд – снежинка в беспрерывном снегопаде.
На ладони века тает... Вот была она – и нет.
И снежинкой вновь не станет ни в Перми, ни в Ашхабаде,
Ни в Москве, ни в Сыктывкаре, ни в Париже – высох след.

Это – детская забава. Сколько их, минут, у века!..
Ну, растаяла – и ладно. Вон как густо валит снег.
Из снежинок свита тонко жизнь зимы и человека,
И грустят, о чём, не зная, и зима, и человек.

МУКА
На жерновах времён отменно мелется
Из судеб человеческих мука.
Кто супротив веков пойти осмелится?
Никто и не отважился пока.

Работает без устали бессонная
Гигантская машина бытия.
И в громе жерновов есть суть исконная –
Растут отцам на смену сыновья.

Вот и грохочет мельница незримая,
Вот и течёт по жёлобу, шурша,
Размолотая в пыль, но невредимая
То белая, то чёрная душа.

Течёт мука – вся высшей категории
В бездонные мешки, векам под стать,
Чтоб было из чего потом истории
Для будущего память выпекать.

ХХI-МУ ВЕКУ
Эй, ХХI-й век, заметь меня!
Я тоже твой, хоть и не очень молод.
Я греюсь возле твоего огня,
А это не огонь – бездушный холод.

Шагаешь ты по буйным головам,
Сжигаешь слабых, низвергаешь честных,
Не веришь крови, крикам и правам
Тех, кто летит с высот твоих отвесных.

Ты хочешь быть богаче всех веков,
Прошедших и грядущих. Отчего же
Так много беспросветных бедняков
Клянёт тебя, сумняшеся ничтоже?

Я тоже миллионов не скопил –
Я душу возвожу, как дом безгрешный.
Смотри, уже добрался до стропил
И рад своей работой не поспешной.

А ты спешишь и подгоняешь нас
Мельканием вестей, химер и бредней,
Как будто вышел мудрости запас,
Как будто ты до ужаса последний.

Остановись на миг, заметь меня,
Прислушайся к словам моим про Бога.
Быть может, ты у моего огня
Оттаешь и согреешься немного...

МЕЧТАТЕЛИ
Характеры у нас – из чистой стали,
Энергия бунтует через край.
Нам скучно топать по горизонтали.
Нам вертикаль до неба подавай.

Нам не с руки тесниться у подножий,
Нас тянет к голубым снегам вершин,
Но только век случился непогожий –
Крутой, да не на наш святой аршин.

Достала нас житейская отрава,
И хоть любой из нас, как вождь, умён,
Теряя душу, сорвалась держава
С отвесной крутизны слепых времён.

И не о чём мечтать в туманах быта,
И смысла нет в корыстной суете.
В кладовках века свалены забыто
Маршруты к небывалой высоте.

Но мы всё те же, лезем, словно дети,
К слепящим льдам, в возвышенную даль.
Ведь если есть горизонталь на свете,
Должна на свете быть и вертикаль.

БЕЗ ВЕСТИ ПРОПАВШИЙ
Ушёл человек – и ни слуху, ни духу.
Ушёл – будто умер, исчез без следа.
В какую сглупа угодил заваруху?
Какая на дурня напала беда?
Скрутив, утащила его неизвестность
В свои лабиринты, где сплошь тупики.
И нет очевидцев, и прячет окрестность
Улики – забытых трагедий клоки...
Как в сердце вместить эту тьму и беззвучье
Слепой пустоты, обступающей нас?
Повсюду висят её сети паучьи!..

Я вышел из дома, вернусь через час.

***
В пожатиях рук,
В объятиях нежных –
Вся прелесть разлук,
Пока неизбежных.

Они – не навек
В пространствах туманных.
Они – лишь разбег
Для встреч долгожданных.

Теплом насыщай
И взор свой, и слово.
Прощаясь, прощай,
Чтоб встретиться снова.

БЕЗМЯТЕЖНОСТЬ
Всё отстоится, станет проще, резче,
И в золотом спокойствии души
Откроют суть загадочные вещи,
Которые для жизни хороши.

Увидятся без блеска и без глянца
Предметы повседневности простой,
И осень в чистом пламени багрянца
Прозрачной станет и почти пустой.

И женщина без грусти улыбнётся –
Простая, в полном жизненном соку,
Ребёнок к ней спросонок повернётся –
Потянется открытым ртом к соску.

И медленной любви огонь и нежность
Проникнут в сердце в миллионный раз.
Так смыслом наполняет безмятежность,
Чем дольше мы живём, тем больше нас.

ОХОТА НА ЖАР-ПТИЦ
Помешательство газет – со всех страниц
Удивлённо, нервно веер строк петитных:
«Открывается
Охота
На
Жар-
Птиц...»

Не купить нигде очков солнцезащитных.
Не купить нигде суровых рукавиц...

Вы охотились сегодня на жар-птиц?

Прилетай ко мне, родная, ослепи,
Да не дослепу. Зачем тебе незрячий?
Я держать тебя не стану на цепи,
Я давно ведь знаю норов твой горячий.
О! Азарт уже выходит из границ!..

Вы охотились сегодня на жар-птиц?

Ты, родная, алый свет жар-птичьих стай
Молча будешь провожать протяжным взглядом.
Я прощусь с тобой... Ну что ж ты? Улетай!..
Нам нельзя с тобою быть подолгу рядом!

Сколько в мире обожженных лиц!
Вы охотились, конечно, на жар-птиц?

Или хочешь, тоже крылья отращу,
Полечу в твое заморье золотое?
А сожжёшь меня – безропотно прощу,
Даже памятью тебя не беспокоя.

Отгорят во тьме огни ночных зарниц...
Закрывается охота на жар-птиц...

ЯГА
Не выскочила замуж в восемнадцать.
И в тридцать лет, и в сорок – с кем бы, с кем?
Осталось ей одно – зубами клацать,
Пока не обеззубела совсем.

Как мёрзла, одинокая, как выла –
Кляла свою несчастную судьбу!
Сама себе в глухом лесу срубила
На курьих ножках русскую избу.

Постигла тайны ведовства лихого,
Прослыла ведьмой, нечистью лесной.
Летала в ступе, ворожа бредово,
Особенно, болезная, весной.

И угодила в присказки и сказки
В нелепом страшном облике карги...
Когда-то не хватило в мире ласки
Для деревенской девушки Яги.

«РЕПКА»
Сказка головоломна –
Раскуси-ка сумей:
Или репка огромна,
Или дедка пигмей.

А уж мышка-малышка –
С просяное зерно.
И такая вот мышка –
Ключевое звено.

Впрочем, дело не в силе –
Дело, видимо, в том,
Чтоб мы всех пригласили
Кушать репку в свой дом.

Чтоб и мышке хоть малость,
Ну, хоть крохотный грамм,
Непременно досталось
По великим трудам.

ТАЛАНТЫ И БЕЗДАРИ
Бесталанные неправы,
Но они ведь волкодавы.
А талант волшебно прав,
Даже сильно перебрав.

Он идёт по бездорожью,
Пропивает искру Божью,
Бесшабашен и раним –
Ангелом своим храним.

Бездарь зря права качает –
Справедливый Бог скучает,
Глядя на её труды –
Больно суетны следы.

А талант не суетится,
И летит к нему жар-птица,
Освещая путь в ночах,
Чтобы часом не зачах.

Только вот какое дело,
Бездарь наедает тело,
И живёт – не дует в ус
Козырной бубновый туз.

А талант несыт и бледен,
Невезуч в любви и беден.
Видно, с журавлём в руке
Можно жить лишь налегке...

***
Несчастья двигают прогресс,
А счастье только замедляет.
Вот отчего всё время – стресс,
Вот отчего судьба петляет.

Вот отчего то мор, то град,
То трус, то бесовство экстрима...
Преодоление преград
Полезно и необходимо.

А праздники, уют, комфорт
Влекут нас в пропасть ежечасно.
Живите на разрыв аорт,
Живите трудно и несчастно.

ИСТОКИ
Если устья грязны, словно свалки,
Берегите хотя бы истоки!
Пусть хоть там смогут ваши русалки
Прятать тайны в зелёной осоке.
Пусть хоть там не умолкнут в рябинах
Детских птиц голоса заревые.
Пусть хоть там в старомодных корзинах
Не иссякнут грибы боровые.
Пусть хоть там ваши женщины будут
Мыть прекрасные белые ноги.
Пусть хоть там никогда не забудут
Первый шаг ваш по вечной дороге.

***
Как просто – выйти налегке
Из дома, оглядеться в замети
И затеряться вдалеке –
В пространстве, времени и памяти.

Как просто – навсегда уйти
Во тьму, в объятия безвестности,
Чтобы у вечности в горсти
Навек отречься от телесности.

Лишь надо, закусив губу,
Переступить порог забвения,
Поверить всей душой в судьбу
И молча превратиться в гения.

В ЛУГАХ
Запекался закат заживающей раной,
Забывал о бежавших на запад врагах.
Вороной жеребец с кобылицей буланой
Жизнь зачали в нетоптаных майских лугах.

Ты купайся в росе, кобылица, купайся,
Будет сильным и быстрым ваш сын золотой.
Ты цвети, русский луг, и вовек не сгибайся
Перед чёрной бедой – чужеземной ордой.

А она уже всюду – в умах и надеждах,
А она превращает нас в глупых рабов.
Мы уже не защитники в белых одеждах,
Мы купцы и клиенты заморских богов.

Мы заблудимся в росных лугах, мы не помним,
Как седлать лошадей и рубиться с врагом...
Как мы, слабые, долг свой священный исполним,
Если веру чужую впустили в свой дом?

Слава богу, зачат жеребёнок на воле
И родится свободным, как песня огня.
Ждёт и хлебное поле, и ратное поле
Молодого и сильного духом коня.

ДРУЖИНА
Бронник выковал доспехи,
Оружейник меч изладил
Не для славы и потехи –
Для сражения с врагом.
Ветер ласковой ладошей
По-отцовски нас погладил,
Выстелил пути порошей –
Чистым русским серебром.

Не пророчь погибель, ворон,
Не сзывай волков голодных.
Враг есть враг. Шишига, вор он.
Бит и изгнан будет вновь.
Скачет на восход дружина –
Вечером с мечей холодных
В рыхлый снег на пол-аршина
Натечёт чужая кровь.

В ТЕНИ КРЕСТА
Над миром – тень Креста Господня...
Кого опять распнут сегодня –
Мучительно и не спеша?
У каждого – своя Голгофа,
Но смерть ещё не катастрофа –
Готовься к вечности, душа!

Не предавай, не продавайся,
От Божьих рук не отбивайся,
Пусть за тобою ни гроша.
Пусть ты бываешь бесшабашной,
Не забывай, что Суд, он Страшный...
Готовься к вечности, душа!

Не верь обману и злословью,
Будь счастлива одной любовью,
Дела житейские верша.
Над миром – тень Креста Господня...
Кого опять распнут сегодня?
Готовься к вечности, душа!

ОВЦЫ
Паршивую овцу в здоровом стаде
Не будет пастырь тщательный терпеть.
Действительно, какого беса ради
На эту пакость тратить жизнь и плеть?

Но как поступит он, когда всё стадо
Паршу подхватит в воздухе смурном
И лишь одна овечка, как отрада,
Здоровым будет щеголять руном?

Что станет с этой шёлковой овечкой?
На жертвенник её! Прими, Творец!
Сгорит в святом огне смиренной свечкой
Невинная овца за всех овец.

А стадо? Неужели исцелится?
А пастырь? Неужели он слепой?
Ведь явственно отчёркнута граница
Между грехом и праведной судьбой.

***
– Встань и иди! – мне говорят. –
Покуда Бог ведёт.
И я иду, смиряя взгляд,
А под ногами – лёд.

Иду и знаю, что дойду,
Сбежав от всех погонь.
А под ногами, как в аду,
Огонь, огонь, огонь.

Не сбросить наземь с плеч креста,
Несу и счастлив я,
Что подо мной не пустота,
А почва бытия.

***
У Творца над нами власть –
Ишь, как правит вдохновенно.
Если жизнь не удалась,
Смерть удастся непременно.

***
Рай и ад – две квартиры. Дверь в дверь.
На последнем земном этаже.
После сотен утрат и потерь
Ничего мне не страшно уже.

Я не прячусь – стою на виду.
Я спокойно звоню. В два звонка.
Слава Богу, в Раю и в аду
Не меня ожидают пока.

Из новых стихов
Из новых стихов
Из новых стихов


Комментариев:

Вернуться на главную