Причина всех войн — разделение мира и социальная несправедливость. Капитализм, с точки зрения ОТС (общей теории систем) децентрализованное общество. Социализм — объединительное общество, в основе которого социальная справедливость. Социализм выигрывает в организованности и мотивации масс.

Капитализм побеждает войной и разрухой, социализм — миром и созиданием. Капитализм абсолютизирует индивидуализм и свободу. Ценности социализма — единство и общность. Объединить расколотый мир, решить глобальные проблемы современности может только идея всеобщности, понимание уязвимости и хрупкости жизни, причастности всех к единой судьбе человечества. Раздор, рознь и неприязнь друг к другу — наши общие враги.

В противостоянии мировых систем социализм более мобилен за счет государственного регулирования и централизованного управления. Капитализм тратит колоссальные ресурсы на конкуренцию (потери на трение). Социализм способен создавать мегапроекты, что дает ему стратегическое преимущество в будущем. При социализме выигрывает не сила и деньги, а идея и воля к победе.

Социализм апеллирует к смыслам, а смыслы преобразуют и формируют материальный мир. Гибельному капитализму социализм способен предложить глобальный, антиэнтропийный проект, гасящий хаос.

Антиэнтропийные функции социализма:

1.    Плановое хозяйство и управление социумом гасят хаотичные колебания спроса, концентрируют энергию на главных направлениях.

2.    Сумма воль, направленных на общий интерес, сглаживает разброс целей и ограничивает частные противодействия, что снижает энтропию борьбы.

3.    Общедоступность социальных благ повышает суммарный КПД, поскольку граждане не тратят энергию на поиск «места под солнцем».

4.    Наличие внутренних источников развития, адаптивность и вариативность общественно-политической системы позволяют направлять энтропию (убывание социальной энергии) на созидание.

5.    Направленность на удовлетворение общих потребностей, снижает социальную напряженность и гасит общественные колебания (снижает энтропию).

6.    Сокращение посреднической цепочки между производителями и потребителями увеличивает объем самого продукта и эффективность производства. Это позволяет экономить социальную энергию.

7.    Устойчивость к внешним толчкам и внутренним колебаниям удерживает оболочку общественной защиты (энтропийное сдерживание).

Социализм — универсальная мировоззренческая система, вековая мечта человечества о справедливом мироустройстве. Он объединил в себе различные течения общественной мысли. В России социализм соединил марксизм с русской традицией общинности и взаимовыручки. Именно социализм стал толчком русской модернизации и великих исторических побед.

Социализм ближе всего к русскому мироощущению и православию, духовным основам национальной жизни.

Социализму противостоит либеральный мир, который сегодня смещается в сторону технофашизма, гибридной системы управления, где высшая ценность не человек, а машина, формирующая алгоритмы по проекту неведомого заказчика (глобального архитектора). Цель технофашизма — тотальный контроль над человеком и миром.

Элита технофашизма — техножрецы, вооруженные инженерной идеологией, маскирующейся под политическую нейтральность. Технофашизм — антипод классовой структуры общества, маскирующийся под политическую нейтральность. Все человечество эволюционирует именно в этом направлении. Россия тоже следует тренду, поскольку погружена в общую техносреду.

Альтернативой технофашизму должен стать гуманистический проект будущего. Но на пути стоит потребительский капитализм, охраняемый мощными военными средствами, идеологией сильного, международными транснациональными структурами и международным правом. Переломить ситуацию может охранительная философия, идея всеобщего спасения.

Состояние мира показывает, что линейный (горизонтальный) прогресс исчерпал себя и завел человечество в тупик. Нужен выход на вертикальный уровень, понимание духовно-материального единства мира, где первичным является не отношение человека к вещи, а человека к человеку. Мера всех вещей не человек, а социум. Не обладание вещью, а одухотворение ее значения.

Современная наука (квантовая физика, нейробиология, психосоматика) и передовые философские школы пришли к выводу о том, что материя и дух — это не две отдельные субстанции, а два состояния Единого информационно-энергетического поля. Они различаются только частотой и плотностью.

Сознание – активный участник творения материи. Мир — единое поле материи и духа. Но единство в политике не означает межклассового братства. Пока существует собственность, будет существовать классовая природа государства. Примирить может только общенародная собственность на средства производства. Классы исчезнут, если будет изменена природа вещей.

Принцип единства мира вооружает социализм новой методологией и дает теории социализма огромное преимущество. Для этого методология социализма должна освободиться от материалистического детерминизма (первичности материи) и впитать в себя «инородные» сущности, последние достижения науки и техники.

Социализм, в силу своей природы, ближе всего к доктрине всеобщего спасения. Он должен предложить миру свое понимание новой реальности, сохранив при этом константы: общенародную собственность, общественный труд как источник благосостояния, коллективизм, примат духовного над материальным, справедливое распределение благ, народовластие. Главное — преодоление отчуждения человека от труда, собственности и власти.

Возникает вопрос: а в чем тогда новизна современного социализма? Она в гибридности, гибкости и вариативности социализма. Социализм может успешно сочетать плановую экономику с рынком, государственную стратегию с самоорганизацией, технологии с моральными стимулами.

Социальная кибернетика социализма позволяет реализовать всеобщее через гибкие механизмы, через энтузиазм и творчество масс. Это сочетание методов живого планирования снизу вверх и стратегического управления сверху вниз. В демократическом государстве должно быть право вето народа власти, право отзыва депутатов всех уровней, прямая подотчетность власти народу, введение института общественных слушаний по важнейшим вопросам государственной жизни.

Кроме того, социализм — универсальное учение, он впитал в себя западный рационализм и восточный идеализм, разум и веру, общее и особенное. Поэтому социализм морально устойчив и духовно непоколебим.

Но, несмотря на гуманистические начала, переход страны и мира к социализму будет радикальным и болезненным. Человечество погрязло в эгоизме и гедонизме. Ему нужен катарсис — интеллектуальная и духовно-нравственная перетряска, откровение, «взгляд из ада».

В запущенной стране недостатки сами по себе не исчезнут. Честный и реалистичный подход, политическая практика показывают, что без насилия и очищения нам не обойтись. Насилие исходит не только от воли людей, но и от самой реальности. Чтобы развернуть инерцию, нужны сверхусилия и мощные рычаги давления.

В мире существует всего две безусловные мотивации — любовь и страх. Любовь — понятие личностное и сакральное. Она вряд ли может стать всеобщей политической категорией. А общий страх, «холодный ужас», может сплотить даже противников, перезагрузить конкурентную систему. Страх ломает инерцию, стереотипы, сомнения и нерешительность, оставляет бинарный выбор: вместе спастись или вместе умереть.

Единственной целью насилия (принуждения) должно быть обеспечение устойчивости государства и защита национальных интересов. А устойчивость государства зависит от морального состояния нации, которое в России оставляет желать лучшего. Моральное очищение страны необходимо как инструмент выживания. Причем, моральное очищение должно начинаться с верхов: «рыба гниет с головы».

Уровни очищения:

1.    Ментальный уровень — осознание и принятие новой реальности.

2.    Гносеологический (смысловой) уровень — очищение смыслов.

3.    Идеологический уровень — освобождение от либеральных догм.

4.    Нравственный уровень — возвращение к национальным корням и русской духовности.

5.    Структурный уровень — формирование «гвардии защиты», современной опричнины.

6.    Исторический уровень — очищение исторической памяти от ложных смыслов и наветов.

7.    Культурологический уровень — очищение от западной ереси, освобождение от коллективного бессознательного, навязанного «цивилизованной» Европой и собственных симулякров.

В механизме очищения, по всей видимости, без «хирургических методов» не обойтись. Владельцы средств производства и прикормленная ими элита добровольно не сдадут свои позиции и привилегии, не выйдут из «зоны комфорта». Поэтому пульсирующий архетип русской истории востребует методов, аналогичных большевизму и его «духовной сестре» опричнине. Тугие узлы истории не развязываются, а разрубаются.

Чтобы думать о будущем, надо извлечь уроки из прошлого. Советский потребительский социализм дал почву для буржуазного перерождения и начал подрыва социализма изнутри. В результате теоретического застоя и нарастания догматизма, социализм проиграл идеологическую конкуренцию Западу, успешно спекулирующему на проблемах социализма.

В России, с ее гипертрофированной властью и ручным управлением, субъективные факторы могут оказаться важнее, чем объективные обстоятельства. Воля лидера в России первична. Примеры тому: Петр I, Ленин, Сталин. Антикоммунизм Горбачева и Ельцина разрушил СССР. Но «хроническая болезнь» субъективизма продолжается. Момент эволюционной перезагрузки России, похоже, упущен.

Напряженность нарастает, а проблемы не решаются. В России формируется переходный, предреволюционный период. Уходящий капитализм бросает последние резервы, а зреющий социализм до конца не оформился. Переходный период никогда не бывает линейным и ровным. Он связан со сменой идеологемы, элит, психологии масс, ломкой привычных ценностей. Скорость переходного периода зависит от быстроты победы нового и силы сопротивления старого.

Надо также понимать, что победа социализма в России бросит вызов мировому капиталу. Это потребует временного перехода к автаркии, внутреннему сжатию. Россия — самодостаточная страна, цивилизация должна сконцентрироваться на собственном развитии. У нас высокий научно-технический, культурный и человеческий потенциал, позволяющий совершить рывок.

Социализм с его комплексным подходом и плановым ведением хозяйства — главный инструмент и организатор прорывного развития. Разрыв с устоями в переходный период неизбежен. В любом случае строительная площадка социализма должна быть освобождена от завалов и препятствий, порожденных капитализмом.

Россия — альтернатива существующему миропорядку, экспансионистскому Западу и технологическому Китаю. Поэтому должна занять противоположное направление — стать духовным центром притяжения, где она будет иметь конкурентное преимущество. У России нет своей выгоды, кроме защиты мира и жизни на Земле. Единственное условие — внутренняя честность и следование провозглашенным правилам. При капитализме это невозможно, и мы опять возвращаемся к социализму. 

Международный авторитет и дальнейшее развитие Россия может завоевать только на почве социализма. Для этого наша страна должна пройти путь очищения, «врач» должен «исцелиться сам».

Возможные варианты социализма в России:

1. Соборный социализм. Основан на русской национальной традиции и христианских ценностях. Здесь слово «социализм» деполитизируется и становится общенациональной идеей. Власть становится Государственным собором и сливается с народом. Слабость этой идеи в политической конструкции государственности. Государство — это аппарат принуждения к порядку и праву. Соборность — морально-этическая, но не политическая категория. Не каждый готов жить по Правде. А мораль без властной силы не удержится. Когда система трещит по швам, нет времени для выращивания такой ненасильственной модели.

К тому же, соборная экономика сложно сочетается с плановым хозяйством и стратегическим управлением. Соборный социализм может прорастать только снизу. Выходом могло бы стать введение соборных принципов в политическую систему с жестким юридическим закреплением и централизованным государственным обеспечением.

2. Социализм с «русским лицом». Это не советский идеологизированный строй и не сакральная православная монархия. В таком обществе базисом является национальная культура, русские коды, духовность и общинность. Экономика, смешанная с доминантой общественного, ведением артельных и кооперативных форм хозяйствования. Земля находится в наследственном владении общин.

В национальной политике каждый народ имеет право на свою общинность. В денежно-финансовой сфере каждая крупная трудовая единица имеет свой общинный банк. В политической системе господствует народное самоуправление. Социализм с «русским лицом» близок к соборному социализму и имеет те же проблемы — долгое вызревание на фоне ускоряющейся турбулентности.

3. Духоцентричный социализм. Идеал будущего. Н. Бердяев положительной особенностью социализма считал регулирование социального целого, перевод общества от стихии к устойчивой социальной самоорганизации. Но упрекал социализм в частном насилии, игнорировании духовных начал.

Мысли Н. Бердяева близки идее духоцентричного социализма. Духоцентричный социализм во многом сглаживает противоречия, но для тожества этой идеи потребуется глубокая трансформация всей политической системы, философии жизни, смена ценностных ориентиров. Эта идея скорее желательная концепция, чем реалистичный политический проект, во всяком случае, в обозримом будущем.

4. Технократический (кибернетический) социализм. Исходит из необходимости научного управления обществом. Считает проектный подход важнейшим условием научно-технического прогресса. Преимущества такого варианта в сокращении бюрократического аппарата за счет цифровизации государственного управления, обуздании рыночной стихии, сокращении субъективизма и волюнтаризма в принятии управленческих решений. Тем более что в России традиционно сильна инженерно-математическая школа.

Но капиталистическая структура производства, погоня за прибылью и сырьевая направленность экономики не позволяют эффективно внедрить кибернетические модели управления. Сегодня создается угроза перехода в сторону технотронного детерминизма, свертывания социальной среды и роли человеческого фактора. Технологическая эффективность не может быть выше идеологии, задающей цели национального развития. Опасность представляет «эффект черного ящика», непонятно, что внутри и что (кто) за ним стоит.

В чистом виде технократический социализм в России невозможен, но его отдельные элементы уже работают. Крупные госкорпорации (Ростех, Росатом) используют IT-решения, цифровые платформы, алгоритмические механизмы планирования. Для полноценной технологизации в общественных интересах необходима смена собственности и всей политической (антибуржуазной) культуры.

5. Консервативно-динамический социализм. Идею динамического консерватизма, близкую к социализму, продвигает Изборский клуб. Основной тезис: Россия должна догнать себя, достичь уровня внутренней зрелости, восстановить собственную идентичность. Динамизм заключается в том, чтобы обойти «болевые точки», совершить «красно-белый» синтез русской истории. Признать равнозначность дореволюционной и Советской России, соединить национальный консерватизм с советским великим преобразовательным проектом, наполнив его современным содержанием. Идея вполне здравая, заслуживает внимания и интеграции в общий проект обновленного социализма.

6. Необольшевистский социализм. Возможен, если действующая система власти начнет резко ухудшаться. Радикализация и хаотизация общества потребует испытанных, проверенных временем, механизмов чрезвычайного управления, чтобы удержать страну от распада. Такой революционный сдвиг потребует смены политической и экономической парадигмы, очищения от капиталистического наследия.

Цивилизации, построенные на песке гордыни и эгоизма, деморализуются и рушатся. Чтобы удержать падение, нужны жесткие средства и методы, таковы алгоритмы и закономерности истории. Приближается время, когда придется перестраиваться на ходу, действовать «без наркоза», ломая действующий порядок. Мир опять перешел в период революционного сжатия и максимального напряжения. Россия должна ответить на этот вызов.

В. Катасонов подходит к большевизму через призму экономической истории и геополитики, анализирует финансово-хозяйственные последствия революции. Положительно оценивает сталинский период, подготовивший мощный промышленный фундамент для дальнейшего развития России, но считает цену достижений неоправданно жестокой, необоснованной и однобокой.

В. Багдасарян рассматривает большевизм как «русский проект» и «цивилизационный ответ», а не как разрыв с русской историей. Признает большевиков «восстановителями русской цивилизации», спасателями России от вассальной зависимости.

С. Кургинян видит в большевизме «Красный проект модернизации», сохранивший имперский код русской истории. СССР он считает «красной редакцией» русского цивилизационного проекта. В то же время С. Кургинян критикует большевизм за «избыточный атеизм» и «неудавшийся мессианский прорыв», который сломал историю, но спас Россию.

Е. Спицын характеризует большевизм как закономерный и объективный ответ на исторический вызов. Революционный метод считает прагматичным и неизбежным.

И. Братищев ратует за чистоту социализма, дает классическое понимание этого учения. Считает социализм продолжением логики и закономерностей мирового исторического процесса. А советскую цивилизацию считает пиком достижений, вершиной развития русской истории. Обосновывает неизбежность социализма, как самого передового и справедливого общественно-политического строя.

Введение властью элементов мобилизационного госкапитализма большого эффекта не дает. Частная собственность ограничивает мобилизационные механизмы. Вероятность мобилизационного социализма будет нарастать по мере ухудшения дел в стране и изоляции России. Риск полного коллапса ускорит этот процесс.

Уже сегодня власть использует «гибридную модель» (политику тихой мобилизации ресурсов), сочетающую госкапитализм с жёстким административным давлением и ужесточением госрегулирования. Россия с ускорением движется к мобилизационной модели. Времени на плавные конституционные изменения не останется. Если речь пойдет о выживании нации, другого, кроме мобилизационного, выбора не будет. В пессимистичном сценарии возможен полный переход к военно-мобилизационной модели.

Форма обновленного социализма определяется в ходе обсуждения и политических изменений в стране. Но, учитывая экстремальные обстоятельства, за основу, скорее всего, будет взята испытанная советская модель с учетом исторических ошибок и требований времени. Точкой перехода окажутся не стратегические приоритеты (будет не до этого), а состояние и устойчивость государства.

Кризисы, как известно, порождают новое мышление. А новым может быть и совершенствование старого, другая интерпретация, расширение горизонтов старого. У социализма в этом смысле, безусловные перспективы. Изменения начинаются с идеи. «Теория становится материальной силой, как только она овладевает массами» (В.И. Ленин). Общественное сознание россиян движется в направлении социализма.

Капитализм — лучший «учитель» социализма. От противного, он подсказывает социализму, чего делать не следует. Противоречия капитализма преодолимы социализмом, а рыночные механизмы и достижения капитализма можно использовать в общенациональных целях. Китайская интерпретация социализма это доказала. Капиталистический инструментарий, как прикладной механизм, может быть полезен социализму.

За реанимацией социалистической идеи в России последуют институциональные изменения, переориентация всех общественных отношений, смена морально-психологической атмосферы.

Социализм может и должен представить стране и миру новую формулу миропорядка, спасительную альтернативу глобализму. Только социализм способен прекратить ограбление России и мира, стать поворотной точкой выхода из всеобщего коллапса. Образ будущего России — обновленный социализм.

Только такая Россия может стать полностью суверенной и недосягаемой для Запада. Нам надо формировать свой миропорядок, обнуляющий намерения противника. Энергетику борьбы и общественной солидарности наша страна будет брать из своего исторического прошлого, национального характера и веры в лучшее будущее.

Источник - РУСО (Российские ученые социалистической ориентации)

Комментариев:

Вверх

Вверх