| |
КОГДА ВОЙНА ПОКИНЕТ ГОРОДА
Когда-нибудь затянутся все раны,
Что в городах оставлены войной.
Где были доты - зацветут каштаны,
И в реку упадёт туман густой.
И птицы ввысь взметнувшись на рассвете,
Вернутся в гнёзда к вечеру опять.
И девочка в сиреневом берете
Без страха будет в классики играть.
И от раската грома дождь прольётся,
Не пулями, а каплями воды.
И южный ветер в окна к нам ворвётся
Без приторного запаха беды.
Когда-нибудь сквозь лужи алой крови
Пробьется первый трепетный росток...
Не перестанут плакать только вдовы,
И будет ждать отца всегда сынок.
В толпе знакомый образ мать с надеждой
Искать не перестанет никогда...
Всё будет на земле не так как прежде,
Когда война покинет города.
КРЫЛЬЯ АНГЕЛА
Падали снежинки, тихо падали
С неба в мир безумства и беды.
А вдали гремело снова "градами",
В поле боя город превратив.
Страха не почувствовав ни капельки,
Опускалась нега с высока.
Вдруг в атаку ринулись десантники,
В маскхалатах белых, как в шелках...
Таяли снежинки в алой лужице -
Словно были ранены войной.
Расползалась кровь как будто щупальцы,
Где упал солдатик молодой...
На краю села под старой липою
Обронила матушка платок.
Боль её пронзила всю родимую,
По спине прошёлся холодок...
Белые снежинки - крылья Ангела,
В грешный мир спустились неспроста.
Чтоб другие матери не плакали,
Чтоб не разрушались города.
Я ПЫТАЛАСЬ ПИСАТЬ...
Я пыталась писать о снегах, что упали на город,
О безмолвии ночи и свежести дней в декабре...
Только где-то разрывы снарядов как будто бы вторят
Тем ветрам, что гуляют сейчас у меня во дворе.
Я старалась колонны военных не видеть на трассе,
Словно нет этой боли, безумств и проклятий войны.
Только снова накрыло кого-то в окопе фугасом,
Я живу, а вот он не дожил до двадцатой весны...
Поскорей я хотела забыть новостей перекличку,
Сделать звук их потише, чтоб не было смрада в душе...
Только кто-то сегодня впервой пришивает петличку,
Под огнём миномётов в промозглом сыром блиндаже.
И стучит его сердце, ещё не познавшее боли:
Учащенно, волнительно бьётся в солдатской груди.
А у нас - Новый год и опять на столе разносолы,
Разговоры, что много нелепой подчас суеты.
Я не знаю, как будем просить у него мы прощенье:
Перед этим солдатом с тобой в неоплатном долгу.
Не имеем мы права придать это время забвенью,
И мгновения где умирают за нас на снегу.
МНОГОСТРАДАЛЬНАЯ МОЯ ЗЕМЛЯ
Закрыты все дороги, все пути,
И беспилотник рвёт надежду в клочья...
Погар сегодня словно взаперти,
А в небе рыщет злая стая волчья.
Нет правил у стальных зверей совсем:
Нет разницы - машина, дом иль дети...
И окропились листья хризантем
Росой кровавой снова на рассвете.
Многострадальная моя земля -
Родное приграничье, Подесенье...
В Берёзке Белой стонут тополя
И ждут который год от бед спасенье.
В Суземке ран глубоких всех не счесть -
Сегодня стая вышла на охоту.
И разлетается в округе весть:
"Внимание! Возможные прилёты!"
Многострадальная моя земля...
Трубчевск застыл от воя злобной стаи.
Война сметает, всё испепеля,
Забыв Священую Победу в мае.
БЕЗЫМЯННЫЙ СОЛДАТ
Он остался из роты один
И как мог, выползал из трясины.
Но весна и коварная стынь
Забирали все силы мужчины.
Умирая, цеплялся за жизнь:
Перебиты рука и колено.
А в округе болотная слизь
Поглощала его как гиена.
Откатилась война вдруг назад,
Он в тылу у врага оказался.
И на брюхе к своим наугад
По ночам проползти всё пытался.
Умирая, боялся стонать,
В кровь искусаны тонкие губы.
А в селе заждалась сына мать,
Вечерами у старого дуба.
Сколько зим так прошло, сколько лет...
Стал туман над болотом багряный.
Каждый день здесь встречает рассвет
Тот солдат, что теперь безымянный.
БАБА АННА
Кружи'т над старой хатой вороньё,
И снова город древний под атакой...
В саду развесив дряхлое бельё,
Спешит в подполье бабушка с собакой.
Почти уж девяносто - грех роптать
На Господа, что ниспослал ей силы...
Хоть цвет волос в серебрянную прядь
День изо дня вдруг годы превратили.
Она прошла разруху, боль потерь -
И от фашистов сотни испытаний.
Не думала, что вновь война к ней в дверь
Нежданно и нечаянно заглянет.
А в небе беспилотники кружат,
Как вороньё высматривая жерву.
И от пожарищ воздух горьковат,
И ощущенье холода от смерти.
Но каждый раз с молитвою святой
Спускается в подполье баба Анна:
"Господь, Россию-матушку укрой,
От ирода, что землю испоганил."
Пусть бабке девяносто лет почти,
Не за себя, а за соседа просит:
"Ты на войне ему путь освяти,
Чтоб встретил он ещё немало вёсен..."
Кружится вороньё над городком,
Сирена воем громко всех пугает...
А где-то в небе светло-голубом
Несёт надежду белокрылый аист.
Я ЗДЕСЬ ЖИВУ...
Холодный взгляд и как прицел
Глазницы птиц без оперенья -
И снова варварский обстрел,
Горит и стонет Подесенье.
И снова кружит над Десной,
И жаждет крови безпилотник.
Наполнен воздух весь бедой,
И жаром словно в преисподней.
Несломленный Трубчевск стоит,
Хоть и пугают часто птицы.
А где-то в парке у ракит
Листвы осенние зарницы.
И кажется, что нет войны,
Нет боли больше... Только осень...
Погар давно не видит сны,
Готовый к вражеской угрозе.
Там, где когда-то тишина
Таилась в водах речки Судость.
Стал частым гостем сатана,
Свою показывая сущность.
Суземка снова под огнём,
Его несёт на крыльях стая...
И в каждом отзвуке глухом
Здесь слышится беда чужая.
В Берёзке Белой сколько лет
Галдят без перьев птицы злые.
От крика утренний рассвет
Уж не подвластен стал стихии.
Он гарью дышит каждый раз,
В осколках расползаясь стёкол.
И птицам вовсе не указ
Парящий в синем небе сокол.
Я здесь живу... Я верю в жизнь
Без птиц озлобленных и наглых...
Когда скажу я:" Дождались,
Русь показала вновь характер!"
|
ПРОШУ ПРИЗНАТЬ МЕНЯ ЖИВЫМ
Прошу признать меня живым!
Прошёл я ад, но выжил всё же.
Хоть дважды в реку не войти -
Мне на судьбу роптать не гоже...
Из окружения ползком
Я пробирался лишь ночами.
Пройти пытаясь напролом,
Вгрызался в мерзлоту зубами.
Никто не слышал дикий стон -
В снегу лежал с обмороженьем,
Армейский искусав жетон,
Полз по телам я убиенных.
Я видел ад, я жил в аду,
Горело всё со мною рядом.
Я шёл сквозь целую орду,
Обстрелянный нежданно "Градом".
От боли часто в полусон,
Впадал уставший и голодный,
Я знал - война всех испокон
Солдат пугала преисподней.
Визжало небо надо мной,
Жилет осколками кромсая.
Пропитан кровью он густой,
Но стал бронёй от злобной стаи.
Я не двухсотый, я - живой!
И пусть истерзано всё тело,
Но принял бой свой затяжной
Хоть силы подошли к пределу.
А НАД ЛЕСОМ НАВИСЛА БЕДА
А над лесом нависла беда
И в ухабах вся трасса от взрывов.
Беспилотники словно орда
Над Погаром кружАт суетливо.
Стонет Судость от боли такой,
Тишины бы реке хоть немного.
Только прячется где-то покой,
Покидая места вдоль дороги.
И бежит тишина в никуда,
Ведь укрыться нет сил от снарядов...
Налетевшая злая орда
Ищет новых себе адресатов.
Приграничье, родной милый край,
Сколько выпало всех испытаний.
Где вчера зацветал иван-чай,
От воронки видны очертанья.
Залечить бы мне раны твои,
Исцелить боль твою и с надеждой
Родниковой водой напоить,
Чтобы краше ты стало чем прежде.
ЗВЁЗДНОЕ НЕБО ВОЙНЫ
Мы устали с тобой от войны,
От недобрых вестей за " чертою".
Распрощавшись давно с тишиною,
Ожидаем с надеждой весны.
А в округе снаряды визжат,
Беспилотники кружат над нами...
Небо чёрное словно цунами
Разукрашено цветом лампад.
То не звёзды, а искры горят,
В блеске этом и боль, и утрата,
И душа молодого солдата,
Там где души погибших ребят...
Мы устали от звуков беды,
Материнского плача о сыне.
Каждый раз в жилах кровь снова стынет
От рождения новой звезды.
Мы не можем на небо смотреть:
Блеск лампад обжигает нам сердце.
На руках мать качает младенца,
Лицезрея кровавый рассвет.
Мы надеялись, веря с тобой:
Долгожданный мир будет весною.
Только искры лампад над толпою
Загорелись ночною порой.
А ВЕСНА НЕПРЕМЕННО БУДЕТ!
Настежь окна свои открою -
Пусть с ветрами весна вернётся.
Птичьей трелью ворвётся Моцарт,
Акапельно вновь с тишиною...
Словно нет ни войны, ни смерти,
Словно боли нет в этом мире...
Лучик солнца скользнёт пунктиром,
Зазвучит увертюрой Верди.
" А с утра нас бомбили, Боже..."
Кто-то скажет как отголоском.
А у дома в наряде броском
Ветки ивы, как две ладоши.
К свету тянутся ветви, Боже,
Им как детям нужна всем ласка...
Не от влаги, от крови вязкой
Стали земли от всех бомбёжек.
Какофонией беспилотник
Вдруг нарушит все звуки сразу.
Кто-то вновь не закончит фразу:
" Защити, Николай Угодник..."
А весна непременно будет
С перелётной и шумной стаей...
И в гнезде своём старом аист
Мирный город с утра разбудит.
И ОПЯТЬ ВОЗВРАЩАЮТСЯ УТКИ
И опять возвращаются утки
На широкие заводи рек.
Переполнены наши маршрутки
Словно не было их целый век.
В выходные торопятся люди
Лицезреть караваны из птиц:
На проснувшейся тихой запруде
Все тревоги свои отпустить.
Мы весной возраждаемся снова,
Будто не было стужи вокруг.
Птичий крик понимая с полслова,
В марте лечим душевный недуг:
"Возвращаются птицы, смотрите!
Хоть война - дождались мы весны!..."
У сгоревшей когда-то ракиты
Мирно плещутся волны Десны.
И ОПЯТЬ ПЛАЧЕТ СУДЖА...
И опять плачет Суджа от боли внезапной,
От снарядов, что бьют по простым старикам...
А в подвале холодном возможно озябли
И взывают о помощи вновь к небесам.
И опять плачет Курск от ударов свирепых,
Беспилотники ранят его каждый раз.
Погибают вокруг от осколков нелепых
Нерождённый ребёнок и мать...и спецназ.
Стонет Брянск от глубокой мучительной раны -
Бой неравный ведёт приграничье опять...
Словно вырвали нас из какой-то нирваны,
Чтобы жизни других мы смогли отстоять.
И опять Белгородчина плачет от боли,
А в Щебекино снова снаряды летят.
На окраине леса - горящее поле,
И под корень касетами срубленный сад.
"Сколько было страданий всего , Святый Боже,
Огради приграничье от боли и бед...
Непосильной , Господь, уже кажется ноша,
Что рукою Костлявой оставила след.
Сохрани приграничье - оно ведь родное:
Здесь такая же русская, Боже, земля..."
Никогда не забудется горе людское,
Пахнут порохом если ещё кителя.
ТИШИНА...
Где-то снова спустился на город покой,
А у нас тишина стала редкою гостьей.
И пугает война очень громкой стрельбой,
Словно в древо вбивает огромные гвозди...
Где-то снова шумит от волненья прибой,
Расплескались над ним облака из зефира.
А у нас отголосками слышится бой -
Мы давно не видали обычного мира.
Тишина убегает с насиженных мест,
Не известно вернётся ль когда и надолго ль?
А у нас здесь всё меньше и меньше невест
Потому, что наплакались вдовами вдоволь.
Беспилотник опять над рекою летит
И несёт он с собою беду и напасти.
Знаешь, здесь так давно тишина - дефицит,
Что безумие нас разрывает на части.
Мы сроднились уже с цветом хаки давно,
Стали старше, умнее и чуть осторожней...
Нам наверно ещё жить с тобой суждено,
Где порой тишину и найти не возможно.
Я ВЕРНУЛСЯ, МАМА
Посвящается моему сыну Максиму
Я вернулся, мама, я живой!
Хоть и ранен был неоднократно...
До сих пор со мною этот бой -
Обними меня, мам, аккуратно.
Я вернулся, слышишь, дома я!
Как же ждал с тобою, мама, встречи...
Разреши сложить мне, как дитя,
Голову тебе скорей на плечи.
Обними меня и поцелуй,
Оберегом мне была молитва.
Ты спасла меня от многих пуль,
Но одна коснулась словно бритва.
Я так долго шёл издалека
По ухабам и дорогам фронта,
Что б огни увидеть городка,
Где улыбка мамы, как Джоконды.
Повстречаться чтобы вновь с Десной,
Передать привет ей от Лугани...
Я вернулся, мама, я - живой!
А вот кто-то пал как безымянный.
|
