Владимир СКИФ
(Иркутск)
НИКОЛАЙ РУБЦОВ
(Цикл стихов)
1. ВЫСОТА
А космос – вымысел, тщета.
Пространство разумом измерьте.
Рубцова держит высота
На грани смерти и бессмертья.
1970
2. БЕССМЕРТЬЕ
Он жил, как птица, как трава,
По Родине скитался…
Бессмертье выдало права –
И он живым остался.
1971
3. НАД РОССТАНЬЮ
С каждой избою и тучею,
С громом, готовым упасть,
Чувствую самую жгучую,
Самую смертную связь.
Николай Рубцов
Ни в чём не знал он половины:
Уж пел так пел - наверняка.
В нём ощущенье пуповины
С Россией, с Русью - на века!
Он не имел тепла и крова,
Тем самым жизни не продлил.
И не делил ни с кем он СЛОВО,
И славу тоже - не делил.
В полях,
над росстанью нетленной,
Скакал свободный, дикий конь.
А он один во всей Вселенной
И пел, и плакал под гармонь.
Он пел, как будто пел Архангел!
Прощаньем полнились слова...
В ответ гудел ему Архангельск
И молча слушала Москва.
Но вот печальное известье
Народ по Вологде разнес:
«Погиб поэт! Убит из мести
В крещенский северный мороз».
... Скрипит над миром крестовина,
Поэт российский тихо спит.
Ни в чем не знал он половины.
За это, видно, и убит.
1972
4. ТОТ ДОМ…
Оплакал детство кто своё
Среди болот России?
Мария Аввакумова
Я видел дом обыкновенный,
Обыкновенное жильё.
Здесь жил Рубцов неубиенный,
Гнездо оплакавший своё.
Страдатель милостию Божьей,
Заступник русского села
Был, как Есенин, уничтожен
Исчадьем зависти и зла.
Поэт, детдомовец, бродяга
Жил, как цветок меж серых плит.
Собрат растений, птиц и ягод
Был в доме каменном убит.
Не обошёл известной доли
Сей златоуст в седой январь.
О, тяжкий сгусток русской боли,
В небесный колокол ударь!
Уж столькой кровью оросили
Моей земли скорбящий лик!
Во тьме идущая Россия,
Остановись хотя б на миг!
Твоих поэтов убивают!
Но даже мёртвые - они
К тебе, страдающей, взывают:
«Россия! Русь! Себя храни!».
Я видел дом, где ночью страшной
Свершился тёмный самосуд...
И мне подумалось: «Однажды
Как «Англетер» - тот дом снесут!»
1988
5. ОКАЯННЫЙ ВЕК
Гори, гори, осенняя осина!
Гори, гори, осенняя береза!
Анатолий Горбунов
Знать, правда высшая жива.
Рубцов нас не обидел.
Он в небе - Господа слова
Начертанными видел!
Он там вылавливал звезду
Силками повилики.
Он жил, как зяблик - на лету.
Он был - Поэт Великий!
Среди веков, которых нет,
Наш век всех окаянней…
Но в нём Рубцов оставил след
Добра и покаянья.
Он был и странен, и гоним,
Любил свой Север стылый.
И Север светит, словно нимб,
Над раннею могилой.
Рубцов ушел. Цветов нарви,
Застынь, прохожий, строго.
Он чувство веры и любви
Нам передал от Бога.
Среди берёз, среди осин
Его душа витает.
И журавлиный тает клин,
Из Тотьмы улетает...
1988
6. НА МОГИЛЕ НИКОЛАЯ РУБЦОВА
А песни лучшие пропеты…
А журавли летят куда-то
Сквозь вологодские рассветы
И вологодские закаты.
С деревьев падают кометы,
А он не слышит, сном объятый,
Ни свиста крыльев над планетой,
Ни плача зяблика над хатой.
От одиночества уставший,
От человечества ушедший,
Среди России сумасшедшей
Спит,
К вечной пристани приставший.
За что - никто уже не спросит -
Он у судьбы - такой немилый?!
И только осень, только осень
Рыдает над его могилой…
1988
7. РУССКАЯ КВАДРИГА
Мирозданье сжато берегами…
Алексей Прасолов
Вновь поют ручьи береговые,
Прилетели тысячи скворцов…
Вы, неужто, нынче неживые,
Передреев, Прасолов, Рубцов?
Вы же были певчие из певчих,
Открывали Родине глаза.
И, чем связь с землёю была крепче,
Тем сильней звучали голоса.
Чем судьбы жестокой бич длиннее,
Тем короче песни и пути.
Прасолов, Рубцов и Передреев,
На земле подобных не найти.
В вас сошлось безвременье и время
Горьких и невысказанных слов.
Прасолов, Рубцов и Передреев,
Вас убил в ловушке птицелов.
Всё сбылось, что вы нам прорицали,
Кровь людскую видит ваша кровь.
Стали вы прилётными скворцами,
Значит живы, значит с нами вновь.
Мы вас помним. С вами ждём свиданья,
Передреев, Прасолов, Рубцов…
Вот и к вам на ветку мирозданья
Опустился Юрий Кузнецов.
2005
8. ТИХАЯ ЛИРИКА
Тихой лирики светлое устье
Так призывно мерцает во тьме,
В горький час приютит, не отпустит,
Сотни строчек оставит в уме.
Не имея ни зла, ни корысти,
Освещая земную юдоль,
Вышним светом мне душу очистит
И утишит сердечную боль.
Распластаюсь на скошенном сене,
Подниму к Божьим весям лицо.
Мне с небес улыбнётся Есенин
И стихи прорыдает Рубцов.
2005
9. ЖИВОЙ РУБЦОВ
Я иду с ним за клюквой по волглому берегу
По осеннему берегу Толшмы-реки.
По седым луговинам, по северу бедному,
Где в болотах дымятся кудели тоски.
- Русь себя не хранит! Разломилось Отечество!
Как же больно в груди! - восклицает Рубцов.
И душа вместе с ним птицей-ангелом мечется,
И срывается дождик, как пули свинцов.
Набрели на зимoвье в промозглой болотине,
Развели костерок для себя, для души.
- Клюква есть, погляди! Я тоскую по Родине! -
И Рубцов замолчал, будто плакал в тиши.
Ночь упала, как смерть, позакрыла прогалины
Между чёрных стволов, зацепила лицо.
- С утреца наберём! - на фуфайке подпалину
Не спеша загасив, заключает Рубцов.
Леденеет земля и молчит Мироздание,
Млечный Путь заморожен, как белый язык.
Смотрит в небо Рубцов и таинственным знанием
Видит взорванный век и грядущего лик.
Он расстался с тоскою и жизнью несытою,
С тихой Родиной, где? страсти мира сплелись,
Где кровавыми звёздами клюква рассыпалась
И стихами рассыпалась горькая жизнь.
2006
10. КАПЛЯ
…И буду жить в своём народе!
Николай Рубцов
Вот ударилась капля дождя
И исчезла, катясь и светя
На асфальте и твёрдом, и сером,
Капля, бывшая любящим сердцем.
Расстаёмся и мы, уходя,
И уходим, себя не найдя
На пиру, на миру, на свободе,
Но в своём остаёмся народе.
2008
11. ЗЕМЛЯ НИКОЛАЯ РУБЦОВА
Небеса тяжелеют свинцово,
Леденеет непрочная даль.
И земля Николай Рубцова
Расстилает в болотах печаль.
Глухо ропщут кусты бересклета,
И стенают леса и цветы,
Окликают земного поэта,
Но леса и болота пусты.
С неба льётся река дождевая...
Нет Рубцова. Не скачет верхом.
Он по небу идёт, окликая
Свою землю сердечным стихом.
2015
12. ЗДЕСЬ РУБЦОВ ПРОХОДИЛ
Белошвейка-зима над полями застыла,
Белым инеем жухлые травы зажгла,
И к погосту пришла, тёмный Храм засветила,
И в туманных полях скорбный крест прибрала.
У природы нет зла и глухой, укоризны,
Тишина и печаль, как водицы бокал.
Здесь Рубцов проходил по изменчивой жизни
И в болотах последнюю клюкву искал.
Белошвейка-зима, мы покличем Рубцова,
Чтобы он – тихим днём – в русском поле ожил.
Вдруг туманы ушли. В небе вспыхнуло Слово!
И на небе Рубцов или месяц кружил…
2016 |
