...«Мчались тройки трактом почтовым...» – свидетельствуют и доныне широко известные  строчки старинных романсов. Не минуя деревню Коткино, разумеется, мчались лихие тройки ямщиков. Поскольку  именно здесь проходил почтовый торговый тракт Нарьян-Мар – Архангельск в конце 18-го и весь 19-й век. Как поживаешь, село, имеющее такую богатую историю? О настоящем и будущем села Коткино рассказывает глава муниципального образования «Коткинский сельсовет» Баев Александр Иванович.

– Посёлок действительно имеет богатую историю, в текущем году будем отмечать 285 лет со дня образования, – отметил Александр Иванович. – Что сказать о настоящем села? Рождаемость у нас – укажу этот пункт на первом месте, как важнейшую задачу, поставленную нашим Президентом, – довольно высокая, безработицы не то что нет – у нас рабочих рук не хватает! Уровень жизни у нас очень высокий, и «виновато» в этом прежде всего «градообразующее» предприятие – сельскохозяйственный производственный кооператив рыболовецкий колхоз (СПК) «Сула».

Первые упоминания о деревне  в письменных источниках датированы 1734 годом. Основали сельцо первые переселенцы с Мезени и Неси  Архангельской губернии – крестьяне Коткины. По преданиям старины глубокой, стремились мужики спрятать своих сыновей от службы в царской армии в здешней глухомани. Но, скорее всего, просто бежали от нищеты,  искали лучшей доли смелые мужики – и осели в сей благодатной местности.

А местность и впрямь благодатна: реки и озёра рыбою кишат, по берегам, главное дело,  – по весне не топит, а луга заливные такое многотравье родят, что ни прокос – то и копенка, угодья богатеющие на дичь всякую и пушного зверя... Нашли, словом, землю свою обетованную первые коткинцы (Коткины, знамо дело) – природные рыбаки да охотники. А после и пущий фарт привалил коткинцам – в виде надёжного ямщицкого промысла в зимнее время досужее: пригодились тут и  молодые парни, и коневоды тароватые.

Зажило село, славное трудом и традициями народными. Вместе со  всей страной крепло, деля с ней радости, беды и невзгоды. В Великую Отечественную войну из сёл Сула и Коткино, как и из всех городов и деревенек Советского Союза, на борьбу с фашизмом отправились мужики по первому зову Родины.

– Семьи у нас устойчивые, с богатыми традициями.  Молодёжь, хотя и не поголовно – остаётся в селе. Население – 350 человек постоянно проживающих. Но... Есть и но, – вздыхает молодой глава сельсовета. –  Нехватка специалистов ощущается всё же. Нужны педагоги, медики. В колхозе требуются трактористы, механизаторы.

Александр Иванович и сам параллельно работает в школе – пригласили ввиду нехватки педагогов – ведёт несколько часов информатики и технологии. Работать с детьми ему очень нравится – ведь и по образованию Александр Баев – педагог, учитель истории, окончил в Архангельске Поморский государственный университет по специальности «Документоведение».  Работал в школах Подмосковья, Каратайки, Нарьян-Мара.

Вообще семья Баевых – учительская: супруга – директор Коткинской школы. Дочки учатся во 2-м и 4-м классах.

– Жена у меня каратайская. Я после службы в армии работал в Каратайке, там и познакомились, – рассказал мой собеседник – В 2018-м году пригласили в родное село, специалистом в администрацию – вернулся с радостью. Семья тоже привыкла быстро. Здесь у нас дома центральное отопление, есть интернет скоростной (для детей – главное условие)...  Сложности в работе есть, конечно, но мы стараемся создавать для специалистов приезжих благоприятные условия. Здесь же очень удобно жить – всё близко, даже не в шаговой – полушаговой доступности. Перебоев со снабжением нет. Вертолёты и самолёты летают, зимой – «ТРЭКОЛы», летом – судно на воздушной подушке – никакой оторванности не чувствуем, хотя до столицы нашей не ближний свет – 130 километров. Есть фонд – даём специалистам квартиры благоустроенные...

Коллектив работников СПК  составляет 58 человек, 20 человек трудятся в жилкомсервисе,  ещё небольшие коллективы педагогов в школе, в фельдшерско-акушерском пункте, спорткомплексе.  Молодёжь по большей части остаётся в деревне, заводит семьи. Но и уезжают тоже немало молодых – в Нарьян-Мар, Архангельск.

Наиболее остро ощущается нехватка специалистов среднего звена для работы в колхозе – нужны трактористы, механизаторы.

– Село наше ассоциируется, как отметил губернатор округа, с понятием «спортивное село», и это верно! – с гордостью докладывает далее глава. – У нас проводятся два крупнейших спортивных мероприятия: первое – это   межрегиональная спартакиада по волейболу – 22-23 февраля. Приезжает команда из Нарьян-Мара, соседи из Коми. Сборная Усть-Цильмы до Харьяги едет на машинах, потом 60 километров на снегоходах. Этим соревнованиям более 10 лет! А начиналось всё с соревнований между соседними населёнными пунктами – Индига, Тельвиска и другими. А в марте состоится 16-я межмуниципальная спартакиада, которую организует наша спортшкола «Труд»  под руководством Александра Романова. Идея межмуниципальной спартакиады принадлежит бывшему главе Коткинского сельсовета Поздееву Олегу Михайловичу. В масштабном соревновании участвуют более десятка команд, финансируется мероприятие за счёт спонсоров. Приезжают в село на такие соревнования до 200 человек! Это немало для небольшого посёлка, но всех удаётся разместить на эти 3-4 дня – жители  помогают в частном порядке. Настоящий спортивный праздник – магазины работают в усиленном режиме, жизнь бурлит, даже молока больше в эти дни отпускает ферма!

 Поработав некоторое время специалистом, Александр Баев должен был взвалить на себя и тяжкий груз по исполнению обязанностей главы сельсовета – прежний руководитель сложил полномочия.

– Трудно было, – признаётся молодой глава. – Село моё родное, мне здесь очень нравится, но люди у нас сложные – могут и не принять... Трудолюбивы мои земляки, семейные, родовые связи очень крепкие. У нас и участкового нет, гаражи, –  наверное, заметили? –  не закрываются, техника без опаски на улице оставляется.  «Да у вас рай для участкового!» – смеются в окружном УВД. И верно – у нас асоциальных личностей практически нет в деревне. Но проблем хватает, стараемся решать, чтобы лучше жить...

Напрасно опасался начинающий администратор – приняли земляки Александра Баева: в 2020-м году выиграл выборы, стал главою уже официально. Живёт село. Живёт, богатое своей историей и традициями,  старожилами и молодёжью. Николаю Каневу, к примеру – за 90 лет. Есть мужики – им под 70 и за 70, а они продолжают рыбачить, охотиться. На деревне у всех, почитай, парники имеются, огороды, а в них – лук-морковка-кабачки и эта, как же её, язви, – ага, капуста! Но уходят старожилы, поколения сменяются, а село стоит.  И стоять будет.

Вот моя деревня

Село Коткино. Административный центр Коткинского сельсовета. Основано в 19 веке двумя братьями Коткиными из Мезени, как гласит предание. Жители села занимались всегда рыболовством, охотой и, разумеется, исконно крестьянским делом – содержали крупный рогатый скот, овец, выращивали картофель.  И потому главное предприятие в селе – это колхоз, по определению.  Здесь располагалась  центральная база колхоза им. XXII съезда КПСС; с 1993 года – центральная база сельскохозяйственного производственного кооператива рыбакколхозсоюза СПК РК «Сула».

Слово председателю

– Колхоз живой, работает. На сегодня у нас – 450 голов крупного рогатого скота, 172 коровы – дойные. Работаем над обновлением стада, над увеличением продуктивности коров, – рассказал председатель колхоза Чудочин Анатолий Петрович. – За 2023 год прирост на одну фуражную корову составил 330 литров, валовый надой – 4822 литра. Сенаж и грубые орма заготавливаются в хозяйстве вовремя, комбикорма привозятся раз в год по большой воде. В прошлом году мы отремонтировали старое  здание фермы, увеличили поголовье, так как нетелей в стаде должно быть не менее 30%.

Ферма – современная, оборудованная по последнему слову техники – гордость председателя и всех жителей Коткино. Суточный надой от коров в среднем составил 2300 литров – это на 400 литров больше прошлогодних показателей. Основной продукт переработки молока – это масло. Благодаря беспрецедентным дотациям – отдельное спасибо  от жителей губернатору округа – цена масла гораздо дешевле  фактической. Зимой маслозавод отправляет в город различные виды продукции, летом – только масло.

В колхозе 58 человек работают постоянно, в селе также проживают 56 пенсионеров, которые всю жизнь работали в колхозе.

– Каждый год у нас происходят отчётные собрания, на которых определяем размер дивидендов, получаемых колхозниками, – отметил Анатолий Петрович. – Как живой организм, колхоз развивается и крепнет, имея уже весьма почтенный возраст – в будущем году исполняется 90 лет!

А много ль корова даёт молока?

Расположена ферма – огромное продолговатое, построенное из современных металлических модулей и окрашенное в жёлтый цвет здание – на краю села, как и полагается. В ансамбль фермы, кроме собственной комфортабельной квартиры для коров, входят вспомогательные помещения – склады для кормов, весовые, помещения для персонала и прочее. Скирды, зароды, стога и даже копны здесь отсутствуют – ушли в прошлое воспетые не одним поколением крестьянских поэтов способы укладки сена – обширный двор практически полностью заполняют современные туго скрученные рулоны, тщательно упакованные во влагозащитную полиэтиленовую упаковку. Отрадная картина для сельского жителя – сена хватит на долгую зиму! И это правильно, поскольку, как утверждает поговорка, «молоко у коровы на языке». Практически в буквальном смысле.  «А много ль корова даёт молока?» – пионеры смелые спросили напрямик.

– А вот, убедитесь воочию на мониторе: 18,3 – это удой в литрах, на ваших глазах свершившийся, – ненавязчиво подвёл к доказательной базе заведующий фермой Александр Сазонов. – Объект (или субъект?) под номером 471 значится (вы будете смеяться) Горжетта. И это ещё не рекорд – есть и такие, что дают по двадцать и более литров и утром, и вечером – более 40 литров в сутки! Стадо у нас неплохое, и мы потихоньку обновляем его, покупая или выращивая сами ещё более производительное животное. Рядом на мониторе – время дойки – 4 минуты 31 секунда.

Ай да Горжетта! Браво! Доится совершенно по-нашенски, несмотря на субтильное имечко заграничное. Вскоре аппарат, настроенный на определённый режим вакуума, выдоив красавицу Горжетту, отключается, и вальяжная чёрно-пёстрая корова, как и её подруги, дожевав насыпанную в кормушку по команде всё того же компьютера вкусняшку, дисциплинированно и чинно отправится на своё место. Порядок в молочных войсках идеальный, практически мечта любого замкомвзвода!

Мухи не кусаются

– Ну что вы, никаких неприятных ощущений при дойке аппаратом коровы не испытывают, – заверил Александр Валерьевич. – Они идут на дойку охотно – в кормушке ждёт лакомство, хорошо знают своё место. В компьютер введены индивидуальные порции кормления, тщательно, с соблюдением рекомендаций ветеринаров, подобранные до грамма. Молоко по трубам поступает в молокоприёмную ванну, охлаждается перед отправлением по трубам на маслозавод. Вымя после дойки обязательно обрабатывается.

Вослед за подоенными бурёнками (вернее, в основном пёстрыми – то бишь вослед за пеструшками) прошлись по ферме. Впечатляет! Довольно-таки просторно, потолки высокие, тепло, светло, мухи не кусаются (а нету мух-то!), вдоль стойл сено разложено в немалом количестве, воду услужливо предложит автопоилка – «…почему не жить как-нибудь?!»

Уборка как технологический процесс

Насмотревшись чудес компьютерных при дойке и кормёжке коров, ожидал увидеть столь же высокооцифрованный процесс обеспечения чистоты  помещений (уборки навоза, проще говоря) – представил себе блестящего никелированного робота с большими вилами в могучих металлических руках, бодро загружающего навоз в тележку. И как же он, бедняга-робот, справляется –  вязнет, поди, своими колёсиками в этих кучах удобрений? – закручинился даже.

Но всё оказалось проще и гораздо технологичней, как пояснил дежурный Максим Балыбергин: вся уборка механизирована, отходы смываются мощной струёй воды и, словно пульпа на драге золотодобытчиков, поступают по трубе в специальные ёмкости и вывозятся.  Кстати, здешняя пульпа – тоже своего рода золото для сельского хозяйства… А мокрый пол подсохнет, пока коровы на дойке. Никелированный чудо-робот, отложив вилы и тележку, отдыхает.

 Отдельно содержатся телята – знакомьтесь: тёлочка Дюна, неделя от роду. Больше похожа, правда, не на дюну песчаную, а на маленький наивный ушастый сугробик снежный. Доверчиво тянется языком к рукам знакомым ветеринара Ольги Наумовой.

Коровы как подружки

Ольга Владимировна окончила Сыктывкарский сельскохозяйственный техникум. По специальности работала в Ухтинском районе. Всегда увлекалась искусством макияжа, парикмахерским делом. Довелось поработать и в салоне красоты, в Ухте, набраться опыта.

– В деревне женщины обращаются – стрижки, окрашивание, по макияжу советуются. Приятно делать наших сельчанок красивыми, ухоженными, помочь создать свой имидж. Женщина всегда остаётся женщиной! У нас замечательный коллектив!

Кроме ранних признаков болезни животного, необходимо ещё вовремя определить, какая из коров готова к продолжению рода, чтобы обеспечить надёжное осеменение. На ферме это производится естественным путём.

В отдельном отсеке находится и тот, кто осуществляет этот естественный процесс – красавец, чёрный как ночь, могучий как тур буйный, породистый, как представитель династии жрецов. Бык Лесник с кольцом в носу (неформал-металлист, видимо). Грозен с виду и добрый внутри. При деле потому что – при гареме. Не извольте беспокоиться – дело повышения поголовья в отдельно взятой Коткинской ферме находится в надёжных руках!

Куда течёт молочная река

Ну-с, коров мы (при неслабом участии в процессе умного компьютера), как это ни странно, – подоили. Молоко по продуктопроводу (проще говоря, по трубам) собрано в специальную ёмкость.

И дальше – опять же по трубе специальной – потечёт молочная река в распоряжение работников самого что ни есть натурального маслозавода, находится который совсем недалече – туточки, рядышком. 

 – Когда я приехала, была водогрейная коробка и старое здание. Через 2 года было построено новое здание, –  рассказала старший изготовитель молочной продукции Валентина Ардеева. – Я  поступила на работу в 1977-м году – 46 лет на одном предприятии – ни шагу ни влево ни вправо. С 2006 года поменялась пастеризационная аппаратура, в 2010-м построили новую молокоприёмную, устанавливались новые фасовочные автоматы. В 2019-м запустили автоматы тетрапаков, маслофасовочный автомат. Развиваемся!

Краткий экскурс по цехам, в которых вполне ожидаемо вы увидите, разумеется, различные (и обычные, на первый дилетантский взгляд) большие блестящие металлические ёмкости с обычным белым молоком. Но – веление времени? – каждая из таких ёмкостей снабжена прилепленной к ней аппаратурой с... Правильно – с современнейшей компьютерной начинкой и светящимся циферблатом, на котором отражается весь процесс переработки молока в молочную продукцию. Отражается процесс в мельчайших подробностях,  которые нам пока не понять, разумеется. 

Девушка с веслом и другие

А вот лучше запечатлим-ка мы нечто более понятное: священнодействие – бережное помешивание, разрезание на идеально ровные сектора густой молочной массы (простокваши? творога?) в огромном чане посредством гигантской ложки (половника? поварёшки?), больше похожей на весло. На ум приходит первое, романтическое: «Девушка с веслом»! Но ограничимся более прозаическим и верным определением: мастер-сыродел. За работой – будничной, привычной сотрудникам маслозавода и необходимой нам, потребителям молочной продукции.

Вместе с Валентиной Владимировной работают ещё четверо специалистов, изготовителей молочной продукции: Ольга Юрьевна Бабчёнок, Антонина Николаевна Помешкина, Наталия Викторовна Канева и Русанова Алёна Дмитриевна. Алёна ещё продолжает обучение в техникуме. Все специалисты могут взаимно заменять друг друга – досконально освоили технологию производства.

 – С того времени – с первых моих шагов на предприятии – осталась (и исправно функционирует) только электрическая маслобойка. Тогда, в конце семидесятых, уже был паровой пастеризатор, делали творог, масло, пастеризовали молоко. Деревня, кстати, потребляла по 6 фляг молока, хотя земляки держали своих коров, практически у всех на подворье были бурёнки – нравилось и наше, – с гордостью рассказывает мой сегодняшний гид по заводу. – Сейчас частных коров в деревне нет – старики держать уже не могут, молодые ещё (или уже?) не хотят, да и зачем? – в магазине проще купить. Снабжаем молокопродукцией и земляков, и в город возим сливки, сметану, кефир, йогурт, мороженое, масло – в 6 точек отправляем. Продукция всегда должна быть доброкачественной! Доярки у нас молодцы! Надои только увеличиваются! А мы, следовательно, всё молоко должны вовремя переработать: зимой – до двух тонн в сутки, а летом и того больше, а главное – жирнее: летом коровы привольно пасутся, доить их приводят на ферму.

Специалисты Нарьян-Марского завода никогда не отказывают в консультации, помощи в освоении новой техники, с которой порою справиться сложно. Валентина Владимировна окончила техническое училище в Вельске Архангельской области, некоторое время назад проходила курсы повышения квалификации сыродела в Угличе. Знания постоянно обновляются.

  – Молочником я стала, можно сказать, случайно. В старших классах мечтала о профессии учителя, воспитателя детей, нравилось также проводить различные опыты в лаборатории. Увы, на педагогическом отделении мест уже не было, предложили учиться профессии аппаратчика холодильных установок, молочника. По окончании, вопрос – куда ехать? – доверила судьбе: ткнула в карту карандашом: попала в окрестности Нарьян-Мара... Нет, не жалею, что не удалось стать воспитателем – я и здесь постоянно воспитываю младших коллег, передаю опыт. Жизнь кипит!

У нас же ферма – основное предприятие, есть ещё маслозавод, детский сад, школа, столовая прекрасная, почта, ФАП, ФОК (спорткомплекс). Жизнь в селе интересная: песни поём, спортом занимаемся, кстати, совершенно бесплатно. Спартакиада в марте проходит – настоящий бренд нашего Коткино. Хорошо у нас в деревне!

 Коткино, село культурное

«Не стоит стойбище без Красного Чума», – утверждает известная северная мудрость (ну, или могла бы утверждать). Как и не найдёте на просторах необъятной России сельца или деревушки без какого-никакого, пусть и самого небольшенького, но всем  известного и желанного зданьица, носящего гордое звание клуба. Потому что у советской власти культура народная всегда была на первом месте. И село Коткино – отнюдь не исключение.

От избушки до дворца

Культурным центром села Коткино был прежде просто небольшой – одна комната да сцена импровизированная – дом, носящий неброскую вывеску «Клуб». Но центр культуры в селе всегда был весьма востребован, и в 1973-м году Павел Гаврилович Коткин, тогдашний председатель СПК «Сула», уроженец деревни Коткино, известный в округе человек, сильный хозяйственник, коммунист, обладающий государственным мышлением, неравнодушный, честный и справедливый, построил новое, современное здание ДК. Первое мероприятие проводили в нём, когда ещё и не закончена была отделка.  Весомое, значимое для сельчан место.

Вот в этом значимом здании мы и беседуем с нынешним директором Культурного центра имени А.С. Савинковой – Надеждой Майоровой. О прошлом, настоящем и будущем своего любимого ДК рассказывает Надежда Фёдоровна.

– Люди наши любят ДК, называют ласково «наш клуб», часто здесь собираются, посещают мероприятия, концерты. У нас в селе много пожилых людей, которые хорошо помнят ещё старый клуб – небольшую избушку, – рассказала Надежда Фёдоровна. – Имеются даже и долгожители – живая история села. Они помнят ещё фольклорные песни, привезённые братьями Коткиными, основателями села – это мезенская культура, красивые лиричные песни.  У нас русскоязычное население, сохраняется так называемый мезенский говор. Есть и коми – Валентина Коваленко, в частности, поёт на коми языке.

Савинкова, человек и дворец

В 2012 году зданию ДК было присвоено имя легендарной женщины, первого директора Дома культуры Анны Степановны Савинковой. Она приехала в наш посёлок из Мурманской области в том самом 1973-м, когда ДК уже достраивался. Это назначение талантливого, яркого культработника в село оказалось большой удачей – первый директор нового ДК подняла культуру, внесла весомый вклад в дело популяризации народного творчества, оставила яркий след в сердцах полюбивших её сельчан. Анна Савинкова, выпускница Архангельского культпросветучилища, была талантливым хормейстером, и с большим удовольствием передавала свои знания и умения юным и взрослым сельчанам.

В 2023 году в фойе Дома культуры был открыт большой портрет человека, имя которого присвоено учреждению культуры. На торжественную церемонию открытия пришли практически все сельчане, боготворившие своего культуртрегера, приезжали дети Анны Степановны – из Мурманска, из Норвегии. Дом культуры в лице его сотрудников – последователей дела Анны Савинковой – с гордостью носит её славное имя.

В 2023-м году был произведён основательный ремонт здания ДК благодаря заботам нынешнего губернатора НАО Юрия Бездудного, уделяющего культуре пристальное внимание. ДК значительно обновил материально-техническую базу: приобретены музыкальные инструменты, звуковая и световая аппаратура, концертная одежда.

– Культуру на селе активно поддерживали и местные руководители: прежний председатель СПК Алексей Игнатьевич Коткин, при котором я начинала работать в ДК, и нынешний Аркадий Петрович Чудочин, а также глава сельсовета Александр Иванович Баев, – отметила Надежда Фёдоровна. – Мы работаем для жителей Коткино – одной командой:  колхоз, администрация сельсовета, школа, ФАП, ФОК (физкультурно-оздоровительный комплекс). В октябре прошлого года приехали к нам молодые специалисты-культработники из Нижневартовского района супруги Комановы – Мария Юрьевна и Дмитрий Юрьевич. Периферия живёт неплохо!

Приходите к нам на огонёк

Мероприятия, проводимые в ДК, в основном связаны с государственными праздниками – коллектив основывается на государственном задании, главное в котором – патриотическое воспитание, организация культурного досуга. Праздники, связанные с историей страны и общества.

– В этом году будем отмечать 280-летие села Коткино, в декабре – Первый межмуниципальный фестиваль, посвященный памяти Анны Савинковой, – увлечённо рассказывает директор. – Сохраняем народную культуру, историю – на фольклорные посиделки «Сульский венок дружбы» приглашаем четыре фольклорных коллектива. В ДК успешно функционируют проверенные временем программы: из них основной коллектив – «Суляночка», более 25 лет работает, в нём участвуют и молодые, и люди высокого возраста. Самый возрастной участник – 77-летняя Светлана Канева – поёт и танцует, причём умеет движением так точно передать эмоции, внутреннюю атмосферу песни!

В ДК занимаются в хореографической студии и детсадовцы, и школьники групп 7-11 лет и 12-15 лет. Театральная студия «Авансцена» поставила пьесу автора Марии Комановой «Во деревне то было» - показали зрителю пока только первую часть.

В День народного единства традиционно проводится конкурс среди трудовых коллективов – участвовали ныне 5 команд представителей разных национальностей.

Немалый успех у зрителей имеет конкурс «Две звезды» – 8 Марта проводится первый тур – конкурс вокальных дуэтов (не обязательно семейных).

Активно сотрудничают культработники Коткино с коллективами ДК «Арктика» Нарьян-Мара: группой «Импровиз», ансамблем песни и танца «Хаяр», молодёжным коллективом «Остров» - приглашают к себе в основном зимой, поскольку легче добраться сюда.

Коллектив ДК – небольшой, вместе с библиотекой составляет 4 человека. Директор Центра Надежда Майорова работает с прославленным коллективом «Суляночка», кроме того, ведёт с девочками кружок фортепьяно. Молодые специалисты – культработники с профессиональным образованием Мария Команова – хормейстер, режиссёр массовых мероприятий. Дмитрий Команов – звукорежиссёр, отладил всю звуко- и светотехнику. Голубева Светлана Сергеевна – библиотекарь.

И – Анна Степановна Савинкова, смотрит с портрета ободряюще: всё у нас, ребята, получится!

Спорт – культура физическая

Здание спортивной школы или, вернее (да и солиднее) физкультурно-оздоровительного комплекса – ФОК – хотя и находится в самом конце улицы, у самой опушки леса, но отовсюду увидите и узнаете – современное, двухэтажное здание, к которому также не зарастает народная тропа.

 – Занимаются у нас спортивно-оздоровительные группы: дети до 7 лет, группа от 7 до 11 лет, 11-16 и группа постарше, – сообщил заведующий филиалом спортивной школы олимпийского резерва в Коткино Александр Романов. – Любят, конечно, игровые виды – волейбол, баскетбол, мини-футбол, флорбол.

– Флор… – что?! – вынужден я был переспросить, темнота городская, поскольку услышал термин такой впервые (век живи – век учись). Оказалось – игра такая, в зале на полу и с мячиком, но с клюшкой хоккейной – о как! Это до чего же техника дошла!

– Отличный тренажёрный зал, зал фитнеса, новый пол нам сделали, – продолжал тем временем со вполне оправданной гордостью перечислять Александр Сергеевич. – Кстати, хотелось бы, пользуясь случаем, обратиться через газету к посетителям: товарищи, пожалуйста, переобувайтесь для занятий в спортивную обувь с белой подошвой, поскольку от чёрной подошвы остаются на нашем новеньком полу некрасивые чёрные резиновые следы, которые техническому персоналу приходится оттирать вручную на коленках! Уважайте труд технического персонала!

Да-да! И мы, буквально поражённые великолепием этого спортивного храма, этого прекрасного додзё будущих чемпионов, – присоединяемся к совершенно справедливой просьбе товарища заведующего! И отправляемся далее в экскурс по залам, приглашая читателей.

Тренажёрный зал удивляет обилием «железа» – штанг, гантелей, блинов (не совсем съедобных) и станков для прокачки всех мышц, от бицепса до мелких и мне неизвестных.

– Мужики, разумеется, приходят позаниматься, штанга – дело полезное, когда в меру, – комментирует тренер. – К сожалению, взрослые не очень увлекаются спортом, больше школьники. В день если 15-20 человек приходят – это уже хорошо для нас, в процентном отношении в городе, например, должно было бы 1500 человек заниматься – в селе проживают всего-то две с половиной сотни человек, к тому же львиная доля из них пенсионеры.

В лесу раздавался топор дровосека, то бишь слышался стук мяча и бодрый топот ног бегущих – в зале игровом в это время аккурат занимались ребята-старшеклассники под руководством инструктора по спорту Мозгового Ивана. Знаем, в курсе – флорбол шагает по планете…

 – Дети охотно занимаются, разумеется, – пояснил Иван Валерьевич, – даже из детского садика приходят группы вместо прогулки – мы всем рады!

Лимфодренаж, массаж стоп и жим под музыку

В фитнес-зале ожидал увидеть, по определению, целую клумбу представительниц прекрасного пола. Увы, видимо, день не мой сегодня, или не день поклонниц здорового образа жизни. В большом, оснащённом по последнему слову техники зале фитнеса – одинокая спортсменка.

– Сразу после открытия ФОКа было больше энтузиазма, – с сожалением констатирует спортсменка, житель села и просто красавица Оксана Семёнова. – Здесь есть всё для занятий и оздоровления: Александр Сергеевич Романов, заведующий комплексом, компетентный специалист, приобрёл для жителей даже оборудование для занятий лечебной физкультурой: есть возможность сделать лимфодренаж, массаж стоп, провести растяжку позвоночника на вибрационном столе… Здесь нет разве что бассейна. В мужском зале даже можно включить музыку по выбору. Но ходят мало жителей. В основном приезжие чаще занимаются, мобильная бригада медиков, например, приезжают – и обязательно сюда.

Оксана Рафкатовна Семёнова – фельдшер, работает в ФАП села сравнительно недавно, но в округе уже более 10 лет.  В Норильске прожила 30 лет, поэтому ей есть, с чем сравнивать – не каждый провинциальный город имеет такой современный спортивный комплекс, как ФОК села Коткино.

 – В фитнес-зале имеется даже батут – прыжки на батуте в течение 10 минут заменяют ходьбу в быстром темпе на 5 километров, – отметила Оксана Рафкатовна. – Отлично тренируется и опорный, и вестибулярный аппарат! Для детей 3 – 7 лет устанавливается свой батут, а по воскресеньям надувается горка. Для мужчин имеется бильярд. Призываю сельчан всерьёз заняться своим здоровьем!

Солдатам Великой Отечественной

Февраль пуржит и заметает снегом стёжки-дорожки, словно торопясь использовать оставшиеся в его распоряжении уже немногие зимние денёчки… По утрам взорам спешащих на работу земляков – горожан и сельчан, жителей столицы округа и самых маленьких и отдалённых деревень – предстаёт изменчивый заснеженный пейзаж и порой труднопроходимый из-за заносов рельеф знакомых тротуаров и проездов. И тогда – «Много дела для лопат, для лопат и для скребков, для больших грузовиков!» – как  сказал поэт о повседневной работе коммунальных служб, выступающих на борьбу со снежными заносами.

Но как бы ни старался, ни лютовал, как бы ни упорствовал февраль вьюжный в своём стремлении замести снегом всё кругом – не заметёт он тропы народные к Мемориалам Памяти солдатам, отстоявшим  Родину в самой тяжкой войне – Великой Отечественной… Такие Мемориалы у нас по всей стране, в каждом городе, в каждом селе и деревушке, из которых отправились по зову Родины солдаты на её защиту. И всегда у подножия памятников и обелисков солдатам Победы – свежие букеты цветов от благодарных потомков…

Село Коткино – небольшое по российским меркам, находится в лесотундре Ненецкой, близ озёр обильнорыбных и Печоры величавой, на берегу её притока – реки Сулы, далеко не только от столиц европейских, но и от своего окружного центра неблизко. Селение, основанное рыбаками и охотниками, крестьянами и ямщиками – трудовое, но какое-то особенно ухоженное и уютное. 

И самое ухоженное место в селе – это, конечно, Памятник землякам, павшим в годы Великой Отечественной войны. Сюда приходят школьники и взрослые, старожилы и приезжие. Здесь во время митингов, посвящённых памятным для каждого россиянина датам, здесь в строгом строю застывают участники Почётного караула, звучат звонкие детские голоса школьников, пришедших почтить память героев, сюда несут цветы благодарные потомки.  Здесь в торжественную Минуту молчания, под скорбные удары метронома звучат имена павших и защитивших страну в Великой Отечественной войне, а также имена героев, наших современников – участников СВО.

Такие торжественные митинги пройдут по всей стране и в нынешний День Защитников Отечества – 23 февраля.

На гранитных плитах Мемориала села Коткино – имена солдат Великой Отечественной, всем знакомые, известные фамилии, которые носят многие ныне живущие сельчане: Апицыны, Ардеевы, Бараковы, Безумовы, Бокарев, Бородин, Змывалов, Каневы, Копусов, Рочев, Семяшкины, Смирнов, Созонов, Хозяиновы, Торопов, Шальков, Шевелев, Шумовский, Шушков, и – Коткины, Коткины – четырнадцать земляков, носивших эту фамилию…  Никто не забыт, ничто не забыто. Никакой снегопад и буран не заметёт народную память о героях-земляках.

Малец военный

Рождённый в самые первые, грозные дни  тяжелейшей войны, он выжил, рос и креп вместе со всей восстанавливающейся после битвы с фашизмом страной. И приложил, будучи ещё совсем мальчишкой, к делу восстановления и развития малой родины – деревни Коткино, практически обезмужиченной войною, и свои рабочие умелые руки – рыбак, охотник, тракторист,  колхозник Юрий Канев.

Отец мой был рыбак природный, а я работал вместе с ним…

– Отец до войны ещё перебрался сюда с Ижмы – искал, как говорится, лучшей доли для своей семьи немалой. Так всю семью, всё хозяйство – корову, пожитки и инструменты – весь немудрёный скарб крестьянский и перевёз на баркасе – бечевой тащил с женой, моей будущей мамой. Ночевать приставали к берегу – коровёнку-то покормить надо. Поселились сначала в деревеньке Сула – километров 20 по реке была, теперь-то нету уж. А 28 июня 1941-го я и родился – не разбери-понять, к добру ли – о войне начавшейся уже слыхали и в нашей глухомани…

Отец семейства, Василий Канев, воевал в Гражданскую, был тяжело ранен при переправе через реку Вислу. Переселившись в Сулу, а затем и в Коткино, рыбачил в колхозной бригаде. Чтобы добраться до богатого рыбою озера Урдюга, плыли без малого 3 дня по рекам Суле и её притоку Сайме, вытекающей из озера. Налим, щука – рыбу солили, сдавали на рыбозавод. План выполнялся и перевыполнялся. Подростком уже Юра работал с отцом в бригаде.

 – 20 сезонов я на Урдюгу ходил, рыбачил с бригадой, – вспоминает Юрий Васильевич. – План был твёрдый – от 40 до 60 центнеров на сезон. Ловили сетями. Зимой ловили подлёдно, добирались на собаках да лошадях, а по весне нас забрасывали вертолётами. Нет, войну я не помню, конечно, а вот первые послевоенные годы – как сейчас перед глазами – тяжеленько приходилось. Нас у мамы – пятеро, сестра да три моих брата – все в колхозе работали сызмалу. Мама наша, Сусанна Владимировна – первая доярка в колхозе. Доили при лучине – ребятишки подсвечивали дояркам. Стоишь, бывало, с лучиной, а глазыньки сами закрываются – поднять-то подняли, как говорится, а не разбудили ещё – того и гляди, лучину выронишь в сено да пожар устроишь… Сено-то как доставалось – что ты!.. Косили за рекой, доярки коров подоят – и на покос, мы, подростки, помогали с сеном – ворошить, метать, возить. Луга у нас хорошие, заливные. С лодки – на ферму тащим. А галоши-то не у всех…

Куропатки в силках и мишка в сетях

Школа – на высоком берегу построена, издали по реке видать. Здесь ребятишки деревенские постигали азы начальной, четырёхклассной школы. Здесь же и интернат, в котором учились дети оленеводов и рыбаков из тундры.  Позже в селе построили школу-семилетку. В ней Юра окончил пять классов. Но звали, манили парнишку силки, капканы, да ружьишко. И сети. Причём сети не нынешние – социальные – а вовсе даженьки всамделишные, уловистые.

– Дальше-то не стал учиться – пошёл охотничать. Я, как и все колхозные ребята, и раньше на разных работах робил, а вот теперь, паря, совсем стал «большой» –  всурьёз охотник: лиса, горностай, волк, росомаху даже добывал – и капканами, и с ружьишком. Сначала на смену отцу  с его ружьём промышлял, а потом и своё приобрёл – ТОЗ-16, как посейчас помню. Мишка? Однажды и мишку добыл – он в сетях запутался – сеть через всю реку была проложена, концы-то на берегах закреплены – ему вплавь-то не порвать никак было. Это он на берегу бы почикал сетку как дважды два, а вплавь – нет, не получается… Что тут сделаешь? Он ведь и выпутать-то себя не даст – прибьёт – не подойдёшь, пришлось застрелить. В утешение себе думаешь-настраиваешь: а пограбил ты нас сколь, вражина?! Он ить, Потапыч, сколь телят-то колхозных попортил, небось,  –  ему ведь только раз попробовать на дармовщинку лёгкой-то добычи – век не отстанет от стада. Это ему в тундре-то ещё потрудиться надо, чтобы добыть кого из засады многодневной, или побегать за добычей, которая ведь не телёнок глупый, ждать не будет – а медведь, хоть и быстрый, да выносливости оленьей не имеет – непросто ему разговеться-то в тундре да в лесу… 

Охотился Юра и на куропаток – бывало, в день по 40-50 штук в силки попадало. Силки изготавливали сами – из конского волоса – и тут выручали колхозные сивки-бурки. «Головку птичью под крылышко – и на мороз! Приёмщики всегда охотно мороженых куропаток принимали, как и пушнину. Это сейчас почему-то и куропаток стало мало в тундре»,  – сетует Юрий Васильевич. Охотничья удача Юры никак не могла быть лишней в семье – муки в послевоенное лихолетье в колхозе никак не вдоволь давали, а за пушнину сданную приёмщики хорошо расплачивались продуктами.  

Выжили, выстояли…

Постепенно жизнь налаживалась, затягивались военные раны, крепло хозяйство. Хорошело родное Коткино. Когда отец Юрия, Василий Канев, переезжал в деревню, Коткино составляли лишь несколько домов. Но жители вновь прибывающие плавали и ловили в реке топляки, и сами рубили лес – строили, подымали  всё новые избы. А после войны в деревне построены были почта, клуб, больница. Первое радио появилось, которое всегда слушали с трепетом, с радостью сельчане – постоянно звучали, кроме докладов о всё новых свершениях советской власти, музыкой звучали сообщения о снижении цен на товары народного потребления…

 – А хорошо  зажили, народ как от долгой тяжкой болезни выздоравливал, – светло улыбается ветеран труда. – Подросли военные мальцы да девчатки расцвели, вечерами летними по деревне – песни, в клубе – танцы едва не ежевечерне, парни, девки гурьбою! Молодые же – всё нипочём: с сенокоса, бывало, – на танцы, а сразу с танцев – на покос!  

Служил срочную Юрий Канев в Котласе, затем в Кирове. Как опытного охотника, определили молодого солдата на должность инструктора розыскных служебных собак. По службе ездил Юрий в Москву, Казань, Киров – закупать собак. Дело непростое – закупать приходилось уже взрослых собак, которых по каким-либо причинам отбраковывали от племенного размножения заводчики, со взрослой собакой и подружиться труднее – но надо. И у охотника это получалось хорошо, так как с собаками приходилось иметь дело в деревне – в основном, с охотничьими и ездовыми.

 – Смотришь, конечно, у собаки зубы – это перво-наперво, экстерьер оцениваешь, лапы тоже – лишних когтей, к примеру, чтобы не было – они мешают при ходьбе по насту,  кровенят, ноги сбивает пёс.

60 лет вместе

Женился молодой дембель Юрий Канев после службы. Тут же, у себя в деревне, на сенокосе будущую жену и высмотрел. Зинаида работала телятницей, шустрая была, ко всем работам деревенским привычная – и на покос, и в лес дрова рубить ловкая. Своя же, деревенская – родители её маленькой, годовалой, из Горьковской области привезли. Так и стали жить-поживать. И уже 60 лет вместе.

Держали смолоду супруги Каневы корову, телёнка, лошадь. Лошадь в деревне нужна, а как же – сено возить, дрова заготавливать. За скотом ухаживали практически до самой пенсии, лишь на пенсии сдали государству – много ли старикам надо, да и в магазине сельском всё есть.

Юрий продолжал заниматься в колхозе рыбалкой. Как только выпадала возможность – на охоту ездил, ставил капканы. Трёх собак держал Юрий Васильевич – и на охоте помощники, и собачья упряжка – незаменимый охотничий транспорт.

– Собаки мои на привязи содержались – так они с охотой в упряжке работают, застоявшись на привязи-то. Кормил их сорной рыбой – сорогой, кашу им варил, куропаток таскал. Но они у меня не только ездовые – и по водоплавающей хороши были, уток подстреленных исправно таскали.

Каневы как ячейка общества. И опора колхоза

Опытного рыбака назначили бригадиром  коллектива из 4-х рыбаков. Невелик коллектив, но важное дело делал, всегда выполняя планы по сдаче рыбопродукции. Зимой выловленную рыбу возили на «Буранах», осенью и весной – вертолётами в Нарьян-Мар, на рыбозавод.

– Это теперь ловят понемногу, продают в основном у себя же в селе, а в ранешнее время колхозу выдавали разрешение на промышленный лов, и план спускали. Всё, как внучата мои говорят, было по-взрослому. Старший мой, Витя, сын, заменил меня на посту бригадира, – с гордостью рассказывает мой собеседник. – Сейчас-то он тоже на пенсии. А Вася на ферме работает. Где родились – там и пригодились, как и мы с матерью. У нас же с Зинаидой шестеро. Два, стало быть, сына – Витя и Вася, и четверо девок – Лена, Таня, Валя и Маша. Дочери у нас все на хорошем счету, работают и живут, куда жизнь забросила. Внуков, спрашиваешь, сколь? А враз и не счесть…

Совместными усилиями с дочерью, пришедшей на помощь отцу, удалось выяснить, что внуков у Юрия Васильевича и Зинаиды Витальевны аж 14 душ! Правнуков, правда, чуток поменее – числом тринадцать. Средних размеров колхоз, практически…

«Иконостас» обыкновенного колхозника

– Как свободное время проводим, спрашиваешь? А теперь у нас оно всё, паря, свободное. Ну как в деревне развлекаются – на концерты ходим в праздники, ага, свои, деревенские, артисты развлекают. А иногда и из города пожалуют. Ну, не Киркоров с Пугачихой, само собой, но – тоже хорошо! А Киркоровых и в телевизоре предостаточно, надоели. Я же новости люблю смотреть, особенно сообщения про войну. И песни ещё люблю слушать. Ага, и газету почитываем, а как же! «Няръяна Вындер», ага. Хотя я грамотей-то никудышный. И чего это ты, паря, про меня-то писать удумал? Самый что ни на есть обыкновенный колхозник…

Удалось, однако, уговорить  «обыкновенного колхозника» показать свои награды. «Иконостас» внушительный: значки победителя соцсоревнования, ордена и медали за трудовые достижения, медали «Дети Победы» и – десятки Почётных грамот, Благодарностей руководителей самых высоких рангов за добросовестный труд.  Такие уж они трудяги – дети войны, дети Победы.

Эпилог

Сочной полновесной гроздью виноградной расположились по берегам Печоры полноводной и многочисленных её притоков сёла, сельца и деревушки. Многие с времён давних обосновались – основанные мужичками странствующими – пристанищем для люда оборотливого, охочего до перемены мест в поисках доли лучшей – охотой, оленеводством, рыболовством живущими. А укреплялись и ширились, развивались мужичками основательными, с крепкой крестьянской косточкой и себе на уме понятием, занимавшимися исконно крестьянским делом – содержанием крупного рогатого скота, овец, выращиванием солидной огородной овощи и заедков прочих витаминных. 

Наливалась сия гроздь поселений крестьянских крепостью да основательностью, от земли и солнышка происходящими – на потребу семей да во славу государства Российского – не суть важно – царского ли, или советского, рабоче-крестьянского (да хоть бы и нонешнего, не разбери-пойми-какого) – основательный хозяйственный мужик на селе да семейство его, сынов крепких на службу государеву да дочерей баских для решения демографической программы (и слова-то такого не знаючи) исправно поставлявшее – нужны завсегда были. И теперь нужны, хотя и не особо в то  верится, на карту с пометками «нежил.» подле множества бывших деревенек, стойбищ, ставков охотничьих да рыбачьих избушек, со слезою горючей на карту глядючи…

А продолжая описание неожиданно пришедшего на ум, возможно, и неуместного на севере диком сравнения с гроздью виноградной, скажете вы, – позволю себе заметить всё ж таки: самой красивой, сладкой самой на вид даженьки, самой налитою ягодой желанною во всей грозди пышной является и самый южный, разумеется, плод – село Коткино. А потому что умели выбирать места для поселения тароватые предки ваши, товарищи коткинцы! (Или товарищи коткинчане, вот тут мне подсказывают). Село Коткино. Административный центр Коткинского сельсовета. Основано в 19 веке двумя братьями Коткиными из Мезени, как гласит предание. 

И я бы ещё побродил по селу, любуясь видами, да заглянул бы не раз на ферму – к знакомым отпрыскам Лесника, да почитал бы книжки в библиотеке, да подучил бы немножко современный сленг молодёжно-комповый на выставке в фойе Центра культуры имени Савинковой, да не раз бы наведался в столовую посёлка, разумеется (О-о, манифик, вундербар, короче – славненько!). А на улицах побеседовал бы неторопко с каждым прохожим – с хозяйкой ли, вышедшей на минутку из двора с ведёрком золы – высыпать,  или с мужичком на снегоходе, деловито заправляющим водою из колонки флягу в санях прицепных да присмотревшимся между делом, ненавязчиво к незнакомцу, праздно шатающемуся во время рабочее. А вечерком полюбовался бы фантастическим закатом за Сулою, выйдя за околицу…

Но, увы, командировка закончилась, как и всё хорошее обычно заканчивается чуток раньше, чем хотелось бы. А разобрался ли как следует, откуда есть пошло село Коткино? Да вот не уверен…

…И как тут разберёшься, коль не дослушал как след до конца того, с бородою окладистою, в поддёвке новенькой, –  ямщика обратного, что опосля ужина о селе энтом баял – да занятно так! О двух мужиках, братьях Коткиных, сельцо это основавших, ага. Слушал-слушал, да не дослушал – потому как тепло на печке-то, куда меня тятька умело так упрятал, а за день намёрзся-то – не приведи бог! Замёрз – не замёрз, а терпи, не жалься – сам в помочь напросился – сам-большой, дескать, будешь ныть – так и не возьмут в другой раз. Глазыньки сами-то и слипалися, а я, ей-богу, не виноват… Так бы и проспал всё на свете, тетеря сонная, да вспомнил, что хорошо бы подкинуть сенца Буланке, Серку да Чертяке, особливо коренному, Серку – на ём же основная тягота и держится, Чертяка-то – пристяжной, навой раз и поленится, хитрован, ослабит постромки.

Не-е, пойду, пожалуй, пока на конюшне малой подмастерье смотрителя валандается, с коим встренулись надысь – Митрошка. Да не много и старше моего-то, а поперва-то закочевряжился, загордился как! «Да чего там Серко твой тянет-то, – надсмешничат, – больно мелок конёк-то!»

Ага, говорю, не смотри, что мелковат – Серко у нас породы самой что ни на есть мезенской, дедко сказывал: от тех самых коников народился, которые с первыми заселенцами сюды пришли – тягущой да жилистой, тятька на ём до самого аж Архангельска бегал, вот! И меня посулил в ямщики определить, дай срок!

Хорошо, однако, в ямщиках-то – и мир да добрых людей повидаешь, уваженье опять же, а в ямской избе и занятно – особливо когда угомонятся все, с лошадьми управятся, ушицы либо щей набуцкаются – и ну побывальщинки да сказы баять – уши тока разворачивай! А на печке и того кучерявее – тепло, как у Христа за пазушкой, онучами, правду сказать, тянет шибко чувствительно, да тока чего уж – привыкай теперче, паря…

А ничего Митрошка, не вредной – коли так, зачерпни ещё навильничек, баит, для Серка свово, покель хозяин не видит, да с серёдки самой бери: там сенцо-то не мочено – сладко да духмяно, ровно чай купецкий. Пошибче, однако, сбегать надобно на конюшню – лошадок проведать да сон прогнать, вона, дедок с белою бородищей слушат-слушат того, в поддёвке новенькой, да ухмыляется чего-то больно сумнительно, небось, дослушает тока из уважения – да и расскажет, как оно на сам-деле было-то, как оно, село Коткино, образовалось по правде истинной…

Ну да, да, – сон рассказываю, а вы чего подумали? Имею право – командировочка в село Коткино завершилась. Стало быть, пора и рассказ о нём заканчивать. Хотелось бы, как говорится, на высокой ноте закончить. Например, словами неизвестного поэта из поэмы большой да душещипательной, что читали мне ребята вдохновенные со слезою в голосе да фиксами поблёскивая, в местах не столь отдалённых (или не столь приближённых к столицам):

Заварю я чаю, покурю бычки.
А писать кончаю – шлёпнулись очки.

Разумеется, особо интеллигентные слова здесь пришлось заменить на цензурные, но вы, конечно, поняли. Делать нечего – пойду покемарю, покуда очки и в сам-деле не шлёпнулись с устатку.  И пусть мне  приснится (нет, не крейсер «Аврора») – ямская изба порой вечернею, где дух ядрёный самосадный успешно конкурирует с не менее ядрёным исконным нашим духом, где в цене ломоть ржаной, «кусочек с коровий носочек» да с луковицей и сальцом, – да не менее в цене и слово ядрёное, побывальщинка знатная, сказка затейливая да мудрёная.

И – чего же не случается порой такою – во сне оно куды как способно – войдут в избу чинно, да не чинясь, отряхнув прежде от снегу шапки большеухие да на ходу разболакиваясь от одёжек меху оленьего братья Коткины – Фёдор да Василий. Тоже, небось, свой брат-ямщики, да только оленьи у них были упряжки-то поперва, ага. Сядут братья на места почётные да и обскажут всё, как на духу, как оно было во времена далёкие, откуда есть пошло село Коткино, что на Суле-реке. А мы послушаем. Чай, не баре.

Комментариев:

Вверх