| |
* * *
Имя моё с досок жизни стирается, –
Имени нет у меня…
Сэда Вермишева. Смятение, с. 88
Себя ты никогда не восхваляла,
Как вол, работу чёрную тащила,
Других на путь душой благословляла
И отдавала жизненные силы.
И нет доски, с которой имя стёрто,
Сердца стучат, но боль не покидает.
Прошло шесть лет, но мысль звенит упёрто:
Поэты никогда не умирают.
Ты не умрёшь!
Ты в каждом Божьем звуке.
Стихи подобны мира сотворенью.
Мы на земле не чувствуем разлуки,
Не кончится души твоей явленье.
* * *
Я в небо, как в страницу, текст вписала…
Сэда Вермишева. Смятение, с. 18
На земные просторы
Снег неслышно ложится,
Эха в зимнем лесу не слыхать.
В поднебесье высоком
Волнуется птица,
И закату ещё полыхать.
На странице бескрайней
Взгляд теряется мой.
В путь отправилась дальний,
Не вернёшься домой.
Время раны не лечит,
Замедляя свой бег.
Солнце сполохи мечет,
Тихо падает снег.
* * *
И от распятого Христа
Принять нам ношу.
Сэда Вермишева. Смятение, с. 181
Смотрю я ввысь – за облаками небо.
Ты там сейчас, лишь в мыслях я с тобой.
Уже не нужно ни воды, ни хлеба –
Ты в горнем мире, где всегда покой.
Окончен путь земной благопристойно,
Собой являла света образец,
Жила в Законе Божием достойно,
Но знала ты и терния венец.
Взяв на себя Его святую ношу,
Жизнь воспевала каждою строкой,
Была чиста и в вёдро, и в порошу,
Теперь ты стала горнею рекой.
* * *
Степь и воля в друзья принимали
Под расколотым куполом стуж…
Сэда Вермишева. Смятение, с. 96 – 97
Сотворение мира, в котором
Ты была очень важным звеном,
Лёгким духом, стремленьем, опорой,
Чтобы вольно дышалось потом.
Степь, и воля, и звёздное небо,
А вокруг белый мир тишины.
Создавалось пространство, где все бы
Жить могли без беды и войны.
Без пороков – их столько скопилось,
Что планета не в силах нести.
А душа твоя, Сэда, молилась,
Чтобы степь могла счастьем цвести,
Чтобы воля и разум в погоне
Не могли друг на друга пенять,
Чтобы радости белые кони
Дали небо зарёю обнять.
* * *
Дробилась на части
И вновь собиралась,
Встречала напасти
И в путь отправлялась.
Печали вселенской
За всех предавалась,
Иконой Смоленской
От бед защищалась.
В провалы и бездны
Ты шла без оглядки,
Поступки известны,
Как выброс перчатки
И вызов на битву,
Где небо не звёздно,
По лезвию бритвы –
До дрожи морозно.
Стихи твои – храм,
И простор, и прощенье,
Полёты к мирам,
И домой возвращенье.
* * *
Над Непрядвой лебеди кричали.
Александр Блок. На поле Куликовом
Но вот устояли. И путь не избыт…
Сэда Вермишева. Смятение, с. 192
1.
«На поле Куликовом» я читала,
Вторая часть как будто сердце жгла.
Я поняла: ты с Блоком быть мечтала
На поле том, чтоб Родина жила.
Когда заря, проснувшись очень рано,
Лучом прошла по окоёму сечь,
Не эхом ты была на поле брани,
Над Русью ты держала щит и меч.
Богатырей, лежащих под туманом,
Накрыла Богоматерь покровом.
Могила светлых русичей Курганом
Напоминает о борьбе с врагом.
С тобою вновь я Блока прочитала,
Стихами, как слезами, залилась,
Когда ты кровью строки прописала,
Рассветом над Россией занялась.
2.
Вдвоём
На поле Куликовом
Я вижу вас,
Сияет солнце
В восходе новом,
Чтоб свет не гас.
Два войска рядом –
Твоё и Блока,
Уйди, печаль!
Дано увидеть
В мгновение ока –
Какая даль!
Конца и края
Родной Отчизны
Не увидать.
Звучит под небом
Не песня тризны,
А благодать.
|
* * *
Время нас отпевать не настало.
Божий Промысел скрыт
И не ведом пока никому…
Идёт на нас волны девятый вал…
Но кто сказал, что я его смиренней?
Сэда Вермишева. Смятение, с. 116, 117
Я иду по путям твоих строк,
Собираю, как яхонты, мудрость.
Ты, не зная, даёшь мне урок,
И я верю: наступит то утро,
Когда счастьем наполнится дом
И откроется к Богу дорога.
Я поставлю на полку твой том,
Вал девятый, душа-недотрога.
Я с тобой по душам говорю,
И ложится мой стих на бумагу.
Твоим словом отважным горю,
Во главу ставлю честь и отвагу.
И пусть в сердце прибудет печали,
Память яркая – как никогда.
О тебе позабуду едва ли –
Тихий свет отражает вода.
* * *
И прядями осени рыжей
Я слёзы стираю с лица…
Сэда Вермишева. Преодоление, с. 95
Снова глубокая ночь.
Строки читаю и плачу.
Морок дорог превозмочь
Ты бы хотела иначе.
Северных зим маета,
Выхода нет здесь и входа,
Грустных часов пустота,
Скорбная складка погоды.
Я засыпаю. Мне снится:
Вот ты аллеей идёшь,
Осень свою, чаровницу,
Людям в ладонях несёшь.
* * *
Этот тяжкий груз –
Гражданин Союза…
Сэда Вермишева. Преодоление, с. 47
Сколько боли в себе
Ты носила бессрочно
Год за годом в борьбе
По часам, поурочно.
Ты не знала нигде
Никакой передышки,
А круги на воде –
Как волнения вспышки.
Разделили Союз
На ломти и кусочки.
Холод родственных уз
До предела отсрочки.
Раздробила народ
Бесноватая сходня.
И не каждый поймёт –
Что тогда, что сегодня.
Над великой страной,
Неоглядной на карте,
Надругались войной
В безрассудном азарте.
Мести меч не остёр,
И беззуба идея?
Непотухший костёр
Головешками тлеет.
* * *
Странная жизнь… Но страннее мечта –
Клин журавлиный мой, синий…
Сэда Вермишева. Преодоление, с. 174
Я слышу мысль – её ты в стих вписала,
Она о том, что превратились руки
В судьбы сплетенье, горькие излуки –
Совсем не в то, о чём всегда мечтала.
Ты в красках мир воспринимала, Сэда,
А вот когда рождался чёрно-белый,
Его в цветной раскрашивала смело,
Чтоб не легли на небо жизни беды.
Летящим журавлям нужна свобода,
Мечта из поднебесья – яркой точкой,
Взмывает клин, и тёмно-синей строчкой
Очерчивает цветопись восхода.
* * *
Сорок тысяч слепых километров
Надо пройти… Остальное потом.
Мир всё же слышит голос набата
Тех колоколен, что в сердце моём!
Сэда Вермишева. Преодоление, с. 158 – 159
Я убеждаюсь с каждым днём,
Читая слов плетенье, звуки.
Не о себе, не о своём –
Ты мир берёшь весь на поруки.
Откуда ж эти километры?
Где ты взяла их – сорок тысяч?
Летели с гор армянских ветры,
Они пытались грани высечь.
Нули не с острыми углами,
Их замкнутая плавность линий –
Не расстояние меж нами,
Одна ведь буква для фамилий.
Храним мы память рода свято,
Храним реликвию восхода,
Чтоб был духовно род богатым
И без печального исхода.
Колокола пусть бьют тревогу,
И звон малиновый – в усладу.
Все сорок тысяч на дорогу,
Чтоб ветра ощутить прохладу.
* * *
Обогрей меня, Боже,
Дай уйти мне в высокий Полёт!..
Сэда Вермишева. Преодоление, с. 80. 2013 год
Твоё сердце как сито,
Если глянуть на свет.
О, как болью пробито –
Так, что выхода нет.
Чем жила, чем дышала,
Растворилось во мгле,
Оттого трудно стало
Жить тебе на земле.
Обращение к Богу –
Как желанье уйти
И земную дорогу
Оборвать с полпути.
Половина вторая –
В небеса лёгкий след.
Только знай: ты живая:
Там, где ты, смерти нет.
|
