Александр БОБРОВ, секретарь Союза писателей России
О САМОМ СУЩЕСТВЕННОМ

«Писать дневник, или, по крайней мере, делать от времени до времени
заметки о самом существенном, надо всем нам»
Александр БЛОК

< << предыдущее  

25.10.2019 г.

ЖУРНАЛЫ КАК ЗАПОВЕДНИКИ?

Журнал без направления — вещь нелепая, несуразная
                       Владимир Ленин
У нас с конца, с середины 1990-х годов почти все журналы частные, акционерные, негосударственные.
Вы предлагаете их вернуть государству? Что сделать надо?

                        Владимир Путин

Прошло несколько недель, как президент России Владимир Путин задал этот вопрос в красивом зале Кремля на обновлённом Совете по русскому языку: внятного ответа и заинтересованного обсуждения – пока не последовало. Одно хочу выкрикнуть: «Если возвращение государству осуществится через Роспечать – вотчину несменяемых М. Сеславинского и В. Григорьева – нет и ещё раз нет!!!». Конечно, весьма похвально, что сопредседатель Союза писателей России и новый главный редактор славного журнала «Юность» Сергей Шаргунов ярко, с цитатами и примерами из зарубежной прессы выступил на столь высоком собрании в защиту литературно-художественных журналов, но и президент, как оказалось, владеет ситуацией, потребовал конкретных предложений: «Только было бы хорошо, если бы Вы предложили, как это сделать. У нас с конца, с середины 1990-х годов они все почти частные, акционерные, негосударственные. Вы предлагаете их вернуть государству? Что сделать надо? Или просто дать деньги в библиотеки, чтобы библиотеки закупали и таким образом поддерживали всех без исключения?».

Сергей  Шаргунов не нашёлся, что сказать и предложил самое простое: «Все без исключения – это очень небольшой список, во-первых, достаточно узкий круг ключевых, замечательных изданий». Во-первых, непонятно, кто эти «все» и какой критерий «замечательности»? Например, депутат Госдумы в своём выступлении сетовал,  что закрылся журнал поэзии «Арион». Может, и правильно, что закрылся с торжественным фуршетом стоимостью выпуска нескольких номеров? Это ж был журнал-междусобойчик, журнал сплошных верлибров и откровенной вкусовщины главного редактора.  А ещё в июле потерял помещение и закрылся «Октябрь» - ну, и тоже справедливо. Под революционным названием печатались капризы бывшей секретарши Анатолия Ананьева – Ирины Барметовой и антисоветчина любезных ей авторов. Так смени революционное название журнала, где печатался великий Михаил Шолохов, а главным редактором был Александр Серафимович, создай журнал «Барметовщина» - нет! Павел Басинский стонал: «Пока мы думали, как нам отмечать столетие Октябрьской революции, как-то незаметно произошло одно знаковое событие. С культурной карты Москвы в одночасье исчезло очень важное место. Перестал существовать - как Дом - один из старейших литературных "толстых" журналов - "Октябрь"…». Правда, никто и не думал широко отмечать 100-летие Великого Октября, а одноимённый  журнал – в первую голову.

Главный редактор «Москвы» Владислав Артёмов вяло написал: «Сегодня соберёмся и будем говорить о спасении толстых литературных журналов. Но речь ведь даже не о них. Проблема гораздо глубже и обширнее. Нас часто ругают, дескать, уровень того, что печатается в "толстяках" низкий. Но уровень этот не ниже и не выше уровня современной текущей литературы. Сосуды сообщающиеся… Мы можем только сохранять небольшие заповедные зоны. Вот задача толстых литературных журналов... Умереть нетрудно, сохраниться гораздо труднее».

Кто и где собирался – не понял, каковы границы заповедных зон – не ясно, но вдруг посыпались язвительные отклики. Вот один из них: «Скажите, а до октября 1917 года много было в России "толстых" качественных журналов?.. А во времена Пушкина?.. А в эпоху Кантемира, Хераскова, Ломоносова, Державина?.. А тиражи какие у них были?.. Загляните в литературные энциклопедии и справочники, не поленитесь. Однако литературные "толстячки" успешно делали своё большое и важное дело - просвещали публику, внушали чувства добрые, вечные, прекрасные... Вокруг тех журналов нередко шли крупные эстетические и псевдоэстетические битвы, журналы будили народ, одни звали Русь "к топору", другие верно служили Царю-батюшке, за Веру, Царя и Отечество... Так что дело не в колиКчестве журнальной периодики, а в ее каКчестве». Артёмов неохотно и странно отбивался: «Во времена Пушкина что было делать образованным дворянам? Играть в карты, охотиться на вальдшнепов, ходить в театр... Вот и все развлечения. Поневоле будешь читать журналы».

Что значит «поневоле». Пушкин сделал тираж «Современника» 500 экземпляров (как у «Москвы») в неграмотной стране, журнал приносил прибыль! Некрасов довёл тираж «Отечественных записок» до 5 тысяч – в десять раз больше нынешних журналов. Гигантский тираж для тогдашней России! Так что не надо на дворян образованных валить собственные неудачи и ошибки. Вообще, если бы «Москва» стала по-настоящему московским журналом в полном соответствие с названием, глядишь и правительство столицы обратило бы внимание. Впрочем, могу и ошибаться – судьба других редакций, включая родную «Литературную Россию», говорит, что мэру Собянину и его госимуществу никакие литературные издания не нужны.

В письме Горькому от 22 ноября 1910 года Ленин давал характеристику политической физиономии различных русских журналов и указывал: «Журнал без направления — вещь нелепая, несуразная». Эти слова нисколько не устарели. Как бы нам ни внушали, что в условиях советской цензуры это было невозможно, но одна только полемика между почвенниками из «Молодой гвардии» с либералами из «Нового мира» и сталинистами из «Октября» начисто перечёркивает спекулятивный тезис, но когда большинство журналов со славными названиями стали выходить по программе Сороса с определённым идейным наполнением – Ленин оказался дважды прав, особенно когда упоминал о бердяевских «литературнокритических взвизгиваниях». Он имел в виду статью Н. Бердяева «Революция и культура» в журнале «Полярная звезда» (1905, № 2). В этой статье Н. Бердяев всячески старался убедить читателей, что русская культура принадлежит не народу, а... «идеалистическим либералам». Мы подобных взвизгиваний и принципов хлебнули сполна. Так что, консервировать? Делать вид, что это прежние знаковые названия  и культурные проекты, имеющие литературно-историческую ценность? А может, надо это высокое наименование подтвердить, как в других сферах искусства – например, икону на картонке или примитивный новодел ты через таможню вывезешь, а художественную работу на доске прошлых веков – нет: культурная ценность! Может, и Совету по языку совместно с министерством культуры выработать какие-то критерии? Например, принадлежность к крупному творческому союзу. Как кто ни относится к «Нашему современнику», но журнал остаётся верен своему почвенническому, патриотическому  направлению, а главное – не теряет теснейшей связи с Союзом писателей России, освещает и жизнь наследника Союза писателей СССР, и печатает в первую очередь его членов. Объяви, например, «Новый мир» себя подобным образом – как рупор непонятного Российского союза писателей, появляется какая-то внятность. А так что ж это за «славный наследник» детища Александра Твардовского? Его возглавляет сынок  писателя Виталия Василевского. Андрей окончил Литературный институт, работал в журнале "Новый мир" курьером, завхозом, заведующим библиотекой – вот какой «опыт»! В лихих 90-х сразу стал  ответственным секретарем, а  с 1998 года - главным редактором. Больше двадцати лет рулит, доведя журнал до нынешнего жалкого состояния. Сам главный только в 2009 году опубликовал первую книгу стихов, но теперь широко печатает друзей и жену в «Новом мире». И себя, свои воспоминания:

из тех баснословных времён
когда барышни не носили пирсинг в пупке
а также в ноздре или в языке
а носили чулки и не брили лобки
я кое-что помню не из задачника по тригонометрии
а три источника и переход количества в качество…

У него диалектический закон – не срабатывает: качество аховое. Ну, а вот редакторское высказывание: «Кстати, о месте художественной прозы в нашей сегодняшней жизни; приведу, может быть, не очень показательный пример. Я, литературный критик, редакционный работник, не дочитал до конца роман Георгия Владимова «Генерал и его армия» и, видимо, не дочту. Просто я открыл, полистал и понял, что мне это совершенно не нужно, что нет никаких причин тратить несколько часов или дней моей жизни на эту книгу. Скажут: это не показатель — мало ли чего какой-то Василевский не прочел, может, для него русская литература кончилась на «Муму», — и будут правы. Но показательно, что сегодня я об этом публично и свободно говорю и без малейшего смущения. А еще лет пять назад...».  (Из выступления на круглом столе такого же либерального журнала «Вопросы литературы»). Ну и что, несмущающийся редактор будет заниматься безбрежным самовыражением за государственные деньги?

Продолжим диалог Шаргунова с президентом:

В. Путин: Я же не против, я просто хочу, чтобы Вы сформулировали, что сделать нужно.
С. Шаргунов: Во-первых, мне представляется важным вернуться к той практике, когда шла закупка изданий в библиотеках – это первое и важное. А второе: мне кажется, возможны какие-то – почему бы и нет – государственные субсидии, в том числе через гранты, как значимым культурным проектам.

Да, гранты – это путь. Только пусть тогда журналы обозначат свою позицию, обоснуют культурно-историческую ценность, верность каким-то традициям. Меня, например, поражает судьба журнала «Знамя». Он был создан в 1931 году и первоначально назывался  «ЛОКАФ» — издание Литературного объединения Красной армии и флота. Название «Знамя» появилось в 1933 году, а с 1934 года по 1990 он был органом Союза писателей  СССР и продолжал свою военно-патриотическую линию. В том числе, детективно-шпионскую, недаром огромную популярность с большим увеличением тиража принесли произведения самого главного редактора Вадима Кожевникова, тот же  «Щит и меч» или политические романы Юлиана Семёнова. Что, сейчас разве нет спроса на подобные произведения? Ещё какой! – посмотрите на книжные полки, но в 1991 году журнал стал частным, антидержавным, потом вообще соросовским.  Сергей Чупринин с заместительницей Натальей Ивановой намеренно зачеркнули само название журнала, его суть и опору на традиционного читателя! Так, может, надо вернуться к нему? Обозначить это в гранте - глядишь, и спонсоры с заступниками найдутся не из зарубежных фондов, а из самого ФСБ.

Дал задание третьекурсникам отделения литературного творчества МГИК: кратко написать, что они думают о судьбе журналов, и  какие ответы могут дать на вопрос президента:  что делать-то? Поразился распространённому мнению: погибают – туда им и дорога. А мягкая авторша прозы в стиле фэнтези вдруг написала резко: « Предложение С. Шаргунова кажется мне простейшим корыстным желанием положить себе в карман больше денег. Ответная реакция Путина - адекватная. Я считаю, что существующие журналы не надо спасать». Только начавшая печататься Анастасия Кобозева глянула по-другому, но столь же безнадёжно: «На первом курсе у нас был предмет «Основы государственной культурной политики», где мы изучали соответствующий документ. Там тоже было несколько пунктов, посвящённых толстым журналам и литературе вообще. По сути, прошло два года, а изменения - в худшую сторону. То есть в 2015 году в цели государства входила «поддержка современного литературного творчества, издания и распространения литературных журналов», а в 2019 закрывают журнал «Октябрь».  Распространение и «поддержка» налицо.   Что тогда говорить о писателях? На мой взгляд, здоровый человек просто не сунется в литературу, понимая, что он не просто не нужен, он презираем государством. А ведь эти люди ещё существуют. Получается, что писателей можно сравнить с волонтёрами: в литературном «журнальном» мире остаются самые сильные духом, самые преданные своим идеям…   Забавно, что более серьёзная поддержка оказывается сферам кино, телевидения, даже театрам. Неужели правительство и вправду не понимает, что всё это идёт от литературы?».

Вопрос юного критика повисает в воздухе… На страницах «Российского писателя» уже вспыхивала дискуссия о нынешнем состоянии и дальнейшей судьбе  журналов. Мне кажется, стоит её продлить, чтобы выработать конкретные предложения и писательский ответ президенту.

Наш канал на Яндекс-Дзен

Вверх

Нажав на эти кнопки, вы сможете увеличить или уменьшить размер шрифта
Изменить размер шрифта вы можете также, нажав на "Ctrl+" или на "Ctrl-"
Система Orphus
Внимание! Если вы заметили в тексте ошибку, выделите ее и нажмите "Ctrl"+"Enter"
Комментариев:

Вернуться на главную