Александр ЛОШКАРЁВ (Липецк)

Я один выхожу на дорогу...

(Из новых стихов)

***
Бывает - сядешь взаперти,
в забвеньи или в забытьи,
не в силах выхода найти
никак иначе,
где бесконечные сады
полны крапивы, лебеды,
где редких дачников следы
найти - удача.
В такой неведомой глуши,
где могут только на ножи,
глуши чё хошь, сиди-пиши,
кому ты нужен?
Кому вся жизнь твоя нужна? -
сиди и думай дотемна,
когда заплещется луна
в окне, как в луже.
Там, в городе, махнут рукой -
что делать, если он такой?
Не будет сцен и слёз рекой -
что взять с чудного?
А здесь - кружится голова
и к небу тянется трава,
и в ряд становятся слова,
рождая Слово.

***
Взяв охоту ли, три топора
или пару дешманских чекушек,
мы - шпана, ни кола ни двора,
убегали с уроков к подружкам.
Мы росли всё куда ни взглянуть
на руинах, в развале, однако
мы почти не играли в войну -
как-то больше в бандитов и в драку,
где виновных и правых найти
днём с огнём - безнадёжное дело...
Мы взрослели, не зная пути,
и страна вместе с нами взрослела.

***
      ...Все мы, все мы в этом мире тленны...
                                    С. Есенин
Сколько помню - неотвязно что-то
всё болит в груди:
у меня пространства для разлёта
мало впереди.
Потому и нет покоя, Боже,
вечно круговерть -
убежать, уехать и, быть может,
что-нибудь успеть.
Потому всё явственней рисует
уходящий свет
сколько их потрачено впустую -
бестолковых лет...
Ночь придет, фонарной рыжей пеной
с головой укрыв...
Все мы, все мы в этом мире тленны -
старенький мотив.

***
Колоду листьев отрешённо
тасует осень.

В вагоне муторно и сонно.
Стучат колёса,
качаюсь и качусь навстречу
рассветной ржави
по бесшабашной, бесконечной
родной державе,
где чёрт заблудится и сгинет,
и Бог не встретит -
на полустанках только иней,
и только ветер,
кривые, пьяные домишки
в попутных сёлах,
и вечный Ленин, как мальчишка,
всегда весёлый.
Я тоже памятью причастен
к стране, где не был.

А рельсы прямо и бесстрастно
уходят в небо.

***
Над неприкаянностью дня
затихло снежное рыданье
и только катятся, звеня,
трамваи,
и жизнь идёт, проста, насквозь
пронизана осенним солнцем.
А что до снега - улеглось.
Не бойся.
Не бойся, мальчик, на ветру
оставленный, блестеть слезами.
Ты не умрёшь. Я не умру.
Бог с нами.

***
В какие ни ткнёшься ворота,
куда ни направишь коня
всё чудится: ждёт меня кто-то
на склоне продрогшего дня.
Над тёмной прогалиной ночи
зажжён для меня бледный свет.
И нет на земле одиночеств,
ненужности нет.

***
Хожу домой сквозь двор больничный,
где курят мужики в тени.
Настолько этот вид привычен,
что я давно сроднился с ним.
Ведь вычеркни заборчик грязный,
скамейки, окрики врачей,
и я останусь - несуразный,
осиротевший и - ничей...

***
Бушующий наш ураган
в стакане гранёном не нов.
В России везёт дуракам,
в России везут дураков
тех - строить, а этих - ломать,
столетьями водится так.
И если всё прахом опять -
виновен, конечно, дурак.

***
Налитые водкой лица
и речи в три этажа.
По сцене кружит девица,
о чём-то своём визжа,
в гудении зала спёртом
бессильная протрезветь,
швыряет на три аккорда
рожденье, любовь и смерть.
И кажется хаос раем,
и слушаешь, разомлев.

...Кого-то в углу пинают
под этот блатной напев.

***
Ласточки вьются над крышей хрущёвки,
пишут на небе свой птичий язык.
Мне разобрать эти буквы неловко -
грамоту, видно, ещё не постиг.
Мир необъятный и весь нараспашку
мне подарили с рожденьем - учи.
Только я сроду не делал домашку,
бейся-не бейся, кричи-не кричи.
Ну а теперь попенять бы на что-то -
жил как жилось, вот такая беда.
Годы прошли - как баран на ворота -
пялюсь на небо - а всё в никуда.

***
Вот оно - завершение всех сует -
фотографии строго в ряд.
Я всё чаще сюда ухожу от бед
и гуляю среди оград.
Что кому мне ответить? Слова не те,
значит песню не ту спою.
А тянусь я к загадкам чужих смертей,
чтоб верней угадать свою.

***
Со двора выхожу осторожно
(всё объято спокойствием тут),
словно вправду боюсь потревожить
городок... Позабыл как зовут.
Забывается многое, впрочем,
это вовсе не новость уже.
Удивительно светлые ночи
похоронены где-то в душе
и внезапно кольнет (в сердце? рядом?)
завалявшийся в прошлом упрёк,
выгоняя чуть свет за ограду
на пространство шумящих дорог.
От кого в самом деле поеду?
От хозяйки, не ставшей родной?
Ветер многих гоняет по свету
и подхватит меня заодно...

***
В Богом рассыпанный мел
ляжет душа, успокоясь...
Едет навстречу зиме
жёлтый осенний автобус.
Выйду пугать вороньё
где-то в туманах окраин -
нет, я не дожил своё
значит и не умираю.
В масть этой бедной листве
сброшенной, ярко-осенней,
в окнах родительских свет
словно от смерти спасенье.

***
Я один выхожу на дорогу,
как в заученных старых стихах.
Добрести от порога к порогу,
надышаться морозом впотьмах.
Где-то сгинули сказки про счастье,
заметает следы белый снег...
Я с людьми ненавижу прощаться
потому что однажды - навек.

Наш канал на Яндекс-Дзен

Вверх

Нажав на эти кнопки, вы сможете увеличить или уменьшить размер шрифта
Изменить размер шрифта вы можете также, нажав на "Ctrl+" или на "Ctrl-"

Система Orphus Внимание! Если вы заметили в тексте ошибку, выделите ее и нажмите "Ctrl"+"Enter"

Комментариев:

Вернуться на главную