Алёна Белоусенко:
ДИНОЗАВРЫ
Юре было девять лет, но он мало что понимал про себя. Разве что носил внутри чужие, брошенные в него фразы, осторожно и слово в слово. И потому знал, что противным нравом пошел в отца, хотя ни разу его не видел.
подробнее>>>      

Мария Знобищева:
* * *
Ты спрашиваешь, где меня найти?
Не спрашивай и не ищи. Я - близко:
Нагретый солнцем камень при пути,
Хвоинка у подножья обелиска
подробнее>>>      

Кира Марченкова:
* * *
У каждой вещи есть свой смысл и срок,
И есть у каждой осени приметы.
На улицы, испуганные светом,
Листва ложится вдоль и поперёк.
подробнее>>>      

Станислав Золотцев (1947-2008)
* * *
К сынам своим, звеня слезами,
взывает Русская Земля:
- Сорвите власовское знамя
со златоглавого Кремля!

Три года с этим триколором
был в братстве гитлеровский стяг.
Три года власовская свора
под ним плясала на костях.
И под его тремя цветами
горели сёла и поля.
Сорвите власовское знамя
со златоглавого Кремля!

Покрыто грязью и позором
оно с тех давних пор, когда
сошлась под этим триколором
фашистских прихвостней орда
и - лютовала над Россией,
не ей, а Гитлеру служа
под этим красно-бело-синим
в дыму резни и грабежа.

Они, наймиты и подонки,
давно успели прахом стать.
Но их духовные потомки
взметнули этот флаг опять
и над Россией водрузили
на самый высший пьедестал,
и со страною совершили
всё то, о чём Адольф мечтал...

Вот почему, звеня слезами,
взывает Русская Земля:
- Сорвите власовское знамя
со златоглавого Кремля!
1996

35 лет ГКЧП

35 лет назад, в августе 1991 года в России прошел первый этап государственного переворота, закончившегося в октябре 1993 года расстрелом демонстрантов, защищавших Конституцию СССР. Читать материалы >>>

 

Любовь Ладейщикова

УДУШЬЕ
1.
Сначала пристрелили соловья.
Расправа...
    Кровь...
         Венчание на царство.
...О, Господи!
         Что значит жизнь моя
В сравнении с кончиной государства?

2.
Кто любить способен больше жизни -
Родину...
        И все ж переживет
И позор, и смерть своей Отчизны,-
Тот меня, единственный, поймет:

В час удушья, в час печальной тризны,
В час стыда, распада и потерь,
Я рыдала на гробу Отчизны,
К звездам заколачивая дверь.
Декабрь1991

ПЯТНО
Стерты карты на исходе века,
Смяты сонмы судеб, сотни лиц
И подстать пятну на лбу генсека
Полиняли контуры границ.

Беспристрастны знаки Зодиака,
Но душа смятением полна:
Не в плену ль загадочного знака
Оказалась звездная страна?

Беспредел - достойная награда.
Но молю: ... Еси на небеси! -
Сделай так, чтоб атомы распада
Не пролились кровью на Руси!”
1991

* * *
Молюсь, негодую, страдаю, кричу,-
А после бессильно и горько молчу
Расстреляно время, распродано...

Злой ветер мою задувает свечу,
Но как я кончины твоей не хочу,
Свеча негасимая, Родина!
1990 - 1991

 

Юлия Друнина (1924-1991)
СУДНЫЙ ЧАС
Покрывается сердце инеем -
Очень холодно в судный час...
А у вас глаза как у инока -
Я таких не встречала глаз.

Ухожу, нету сил.
Лишь издали
(Все ж крещеная!)
Помолюсь
За таких вот, как вы,-
За избранных
Удержать над обрывом Русь.

Но боюсь, что и вы бессильны.
Потому выбираю смерть.
Как летит под откос Россия,
Не могу, не хочу смотреть!

 

Татьяна Глушкова (1939 - 2001)
ЧАС БЕЛОВЕЖЬЯ
Когда не стало Родины моей,
я ничего об этом не слыхала:
так, Богом береженая, хворала! -
чтоб не было мне горше и больней...

Когда не стало Родины моей,
я там была, где ни крупицы света:
заслонена, отторгнута, отпета -
иль сожжена до пепельных углей.

Когда не стало Родины моей,
я шла тропою к Неземной Отчизне.
Но даже там, как на горючей тризне,
не пел волоколамский соловей...

Когда не стало Родины моей,
в ворота ада я тогда стучала:
возьми меня!.. А только бы восстала
страна моя из немощи своей.

Когда не стало Родины моей,
воспряла Смерть во всем подлунном мире,
рукой костлявой на железной лире
бряцая песнь раздора и цепей.

Когда не стало Родины моей,
Тот, кто явился к нам из Назарета,
осиротел не менее поэта
последних сроков Родины моей.

 

Николай Тряпкин (1918-1999)
ПЕСНЬ О ВЕЛИКОМ ПОХОДЕ
Как ныне сбирается вещий Олег
отмстить неразумным хазарам.
А. ПУШКИН.
Итак начинаю. Время
Приветствую светом дня.
Я ноги обую в стремя
Я вам подведу коня.
На стогнах гремят витии,
А с нами - отряды муз.
О Русь! Купина! Россия!
Великий Советский Союз!

Настала пора походов,
Каких не бывало ввек.
В полях, на горах и водах
Играет в трубу Олег -
Олег не простой, а вещий,
Сияющий бог дружин.
Мы славим такие вещи,
Что стоят любых былин.

Мы любим свои базары
И дедовских песен вязь.
А в наши глаза хазары
Швыряют срамную грязь.
А в нашем Кремле хазары
Пускают страну в распыл...
Эгей, господа Гайдары!
Недаром я злость копил.

Настала пора походов,
Каких не бывало ввек, -
С полюдьями всех заводов,
С разливом великих рек.
Матросы на Чёрном море,
Охотские моряки,
Балтийцы стоят в дозоре,
Готовые, как штыки.

А в сёлах гремят витии,
А с нами - отряды муз.
О Русь! Купина! Россия!
Великий Советский Союз!
Давай же, герой наш вещий,
Сияющий бог дружин!
Мы знаем такие вещи,
Что стоят любых былин...

Держава - на полном сборе.
Хвалынцы и тверяки.
И песни мои в дозоре,
Готовые, как штыки.
1993

ВЕРБНАЯ ПЕСНЯ
За великий Советский Союз!
За святейшее братство людское!
О господь! Всеблагой Иисус!
Воскреси наше счастье земное.

О Господь! Наклонись надо мной.
Задичали мы в прорве кромешной.
Окропи Ты нас вербной водой,
Осени голосистой скворешней.

Не держи Ты всевышнего зла
За срамные мои вавилоны, -
Что срывал я Твои купола,
Что кромсал я святые иконы!

Огради! Упаси! Защити!
Подними из кровавых узилищ!
Что за гной в моей старой кости,
Что за смрад от бесовских блудилищ!

О Господь! Всеблагой Иисус!
Воскреси мое счастье земное.
Подними Ты мой красный Союз
До Креста Своего аналоя.

 

Борис Примеров (1938 – 1995)
МОЛИТВА
Боже, который Советской державе
Дал процвести в дивной силе и славе,
Боже, спасавший Советы от бед,
Боже, венчавший их громом побед.
Боже, помилуй нас в смутные дни,
Боже, Советскую власть нам верни!

Властью тиранов, Тобою венчанных,
Русь возвеличилась в подвигах бранных,
Стала могучею в мирных делах —
Нашим на славу, врагам же на страх.
Боже, помилуй нас в горькие дни,
Боже, Советский Союз нам верни!

Русское имя покрылось позором,
Царство растерзано тёмным раздором.
Кровью залита вся наша страна.
Боже, наш грех в том и наша вина.
Каемся мы в эти горькие дни.
Боже, державу былую верни!

Молим, избавь нас от искушенья
И укажи нам пути избавленья.
Стонет измученный грешный народ,
Гибнет под гнётом стыда и невзгод.
Боже, лукавого власть изжени,
Боже, Империю нам сохрани!

* * *
Когда-нибудь, достигнув совершенства,
Великолепным пятистопным ямбом,
Цезурами преображая ритмы,
Я возвращусь в советскую страну,
В союз советских сказочных республик,
Назначенного часа ожидая,
Где голос наливался, словно колос,
Где яблоками созревала мысль,
Где песня лебединая поэта
Брала начало с самой первой строчки
И очень грубо кованные речи
Просторный возводили Храм свобод.
Там человек был гордым, будто знамя,
Что трепетало над рейхстагом падшим
И обжигало пламенем незримым,
Как Данту, щеки и сердца всерьез.
Какая сила и какая воля
Меня подбрасывала прямо к солнцу...

 

Михаил Анищенко (1950 - 2012)
БЕГСТВО
Пробираюсь к ночному Бресту, по болотам в былое бреду,
Потерял я свою невесту в девятьсот роковом году.

Я меняю лицо и походку, давний воздух вдыхаю вольно.
Вижу речку и старую лодку, вижу дом на окраине. Но…

Полыхнуло огнем по детству, полетел с головы картуз.
Я убит при попытке к бегству… Из России – в Советский Союз.

***
Оказалась мёртвой Родина.
Как ни взглянешь – всё тоска.
На цепи сидит юродивый,
Строит замки из песка.

Одесную тьма шевелится,
А за тьмою блеск и шик.
Скоро память перемелется,
Пар поднимется, как «пшик».

Всё предсказано, измерено.
Как всегда, под звон оков,
Крысы выстроят империю,
Гимн напишет Михалков.

РОССИЯ! РУСЬ!
Россия, Русь! В тоске величья,
В кругу неверия и лжи,
Меняй одежды и обличья,
Но дух нетронутым держи!

Среди земных и горних множеств,
Объятых тьмою и огнём,
Ты велика, как безнадёжность,
Что в сердце вызрела моём.

Пройдут наркоз и летаргия,
Взойдут из пепла зеленя…
Храни, храни свой дух, Россия,
Хотя бы в сердце у меня!

 

Владимир Бушин (1924-2019)
МОЁ ВРЕМЯ
Я жил во времена Советов.
Я видел всё и убеждён:
Для тружеников, для поэтов
Достойней не было времён.

Я жил в Стране Социализма,
Я взвесил все её дела
И понял: никогда Отчизна
Сильней и краше не была.

Я жил во времена Союза
В семье несметных языков,
Где дружбы дух и братства узы
Страну хранили от врагов.

Я жил в эпоху Пятилеток
И был голодным иногда,
Но видел я – мой глаз был меток –
Нам светит горняя звезда.

Что ж, ошибались мы во многом,
Но первыми прорвали мрак.
И в Судный День, представ пред Богом,
Мы развернём наш Красный Флаг.

 

Светлана Сырнева
ГИБЕЛЬ ТИТАНИКА
         Ларисе Барановой-Гонченко
В зыбучую глубь, в бездонную хлябь
уводит сия стезя.
Не надо строить такой корабль
и плавать на нем нельзя!

Но вспомни, как сердце твое рвалось
и кровь играла смелей:
гигант свободы, стальной колосс,
он сходит со стапелей!

Творенье воли, венец ума,
невиданных сил оплот.
И дрогнет пред ним природа сама,
и время с ума сойдет.

В далекую даль, к свободной земле,
связавшись в один союз,
мы тоже шли на таком корабле —
грузин, казах, белорус.

В опасный час, на том рубеже
спастись бы хватило сил —
но кто-то черный тогда уже
по трюмам нас разделил.

Ты вспомни, как бились мы взаперти —
все те, кто был обречен,
кто вынужден был в пучину уйти,
предсмертный выбросив стон.

Заклятье шло из воды морской,
сдавившей дверной проем:
«Пусть будет проклят корабль такой!
Зачем мы плыли на нем?!»

Ты вспомни: выжил тот, кто не ныл
забвения не искал,
кто переборки наспех рубил
и на воду их спускал.

Кто на обломках приплыл к земле
и там из последних сил
своих находил, согревал в тепле
и заново жить учил,

и кто вписал окрепшей рукой
в дневнике потайном:
«Надо строить корабль такой
и надо плавать на нем!»

 

Владимир Скиф
СВИСТ
Я слышал свист по всей земле родимой,
Аж в трубку заворачивался лист.
Свистела жизнь, а может, я, гонимый
По белу свету, превращался в свист.

Свистел камыш,
свистел в машине поршень,
И нёс её в неведомый предел.
В бугристом небе кривоклювый коршун,
Как будто бритва, крыльями свистел.

Свистело небо над Кремлёвской башней,
Свистел дырою - взорванный вагон.
И, пролетая над страною падшей,
Свистел закон, как будто бы дракон.

Дела - свистели - бизнесменов юрких,
Тела - свистели - проданных невест,
И ртами тьмы, как воровские урки,
Свистели окна и свистел подъезд.

Свистел мужик, пропивший жизни повесть,
Свистел дурак, страну свою круша.
Свистела горлом - раненая совесть,
Свистела болью - голая душа.

ГРАВИЙ
Нет земли и родней и кровáвее,
Чем российская наша земля.
Я иду по Отчизне, по гравию,
Сыплют гравий листвы - тополя.

В небе звёзды цепями опутаны,
Как опутана горем судьба.
Листья ломкого тополя хрупают,
Или это хрустят черепа?

Сколько их из-под ига ордынского
Поднялось, изошло из полей
Куликова и с ним - Бородинского,
А мне слышится хруст тополей.

Этот хруст, этот скрип всё кровáвее…
Под покровом жестокой судьбы
Мы, как будто бы ходим по гравию,
Ну, а это - глазницы и лбы.

Неужели Святого Егория
Потеряла земля и судьба,
Если снова и снова история
Катит русских людей черепа!?

 

Владимир Молчанов
Из поэмы РОССИЯ - 1990-е...
* * *
Свергли серп,
А с ним и молот -
Заплевали всуе их.
Вот и снова мир расколот
На своих и на чужих.

Вот и снова брат на брата!
Кто их сможет примирить?
А когда придет расплата -
Будет нечем и платить.

Смуты буйствует стихия,
Раскрывает злобно пасть.
Но жива, жива Россия,
Бог поможет не пропасть.
-----
...А жизнь, как сплошная пародия.
Народ для вождей - тяжкий груз.
Размыто понятие - Родина,
Святая державная Русь.

Держава давно уж - химера,
Продали её за гроши.
Осталась лишь смутная вера
В спасение русской души.
-----
Мы живём в запредельные годы,
Когда правит Россиею зло.
Время митингов вышло из моды,
Время дела ещё не пришло.
-----
Беда над Россиею снова,
И снова из прошлых времён
На Русь надевают оковы
Нашествия чуждых племён.

И, подлость боясь свою выдать,
Морочат людские умы.
О, как ОНИ нас ненавидят
За то лишь, что русские мы.
-----
По какому собачьему праву
Наши недруги щерят клыки?
Растерзали на клочья державу,
Разорвали её на куски.

Возвели в ранг достоинств пороки,
Веря тем, кто бессовестно врёт.
На пути взгромоздили пороги
И стреляют безжалостно влёт.

Убивая презреньем прозренье,
Упиваются властью сполна
Те, кто делят державу - на звенья,
Кто о Родине – «эта страна».

Зря ликует нечистая сила,
Ей не выжить на злобе и лжи.
Возродится держава - Россия!
Ну, а прочее всё - миражи...

 

Виктор Верстаков (1951-2026)
* * *
Любимые дети Державы,
мы жили от бед вдалеке,
считая великим по праву
свой город на Тезе-реке.

Фабричные окна сияли,
гулял и работал народ,
мячи громыхали в спортзале,
в Клещевку ходил теплоход,

ансамбли играли в горпарке,
и в "Павловском", и у "Креста",
в театре мы по контрмарке
порой добывали места.

Нет, мы не считали столицу
далекой, чужой стороной:
в Москву уезжали учиться,
спеша возвратиться домой.

Зачем это все вспоминаю
и душу свою бережу?..
- Прости нас, Держава родная,
прости меня, Шуя, - твержу.

* * *
Оставь заботы вечные,
покуда наяву
бесчестит враг Отечество,
и Шую, и Москву.

Заставы богатырские
пусты в родной земле.
Палаты монастырские
развращены в Кремле.

От горького изменчества
не сберегли, увы,
ни веры, ни Отечества,
ни Шуи, ни Москвы.

Плывет над силой вражеской
бензиновая хмарь.
Ни звезды не покажутся,
ни купол, ни алтарь.

Больна душа не лечится
ни в рабстве, ни в хлеву.
...За веру, за Отечество,
за Шую, за Москву!

 

Николай Зиновьев
* * *
У карты бывшего Союза,
С обвальным грохотом в груди
Стою. Не плачу, не молюсь я,
А просто нету сил уйти.

Я глажу горы, глажу реки,
Касаюсь пальцами морей.
Как будто закрываю веки
Несчастной Родине моей...

ИЗ ДЕТСТВА
Воды и солнца тут без меры,
А сколько песен под баян
Здесь спето нами, пионерами -
Детьми рабочих и крестьян!

Поем о Родине могучей,
О добрых, доблестных делах.
И развевается над кручей
Родной с рожденья красный флаг.

В жару лежим ничком под тентом,
Бросаем камешки в овраг,
И точно знаем: президентом
Быть может враг, и только враг.

1972 ГОД
Мне всего двенадцать лет.
Горя я еще не видел.
Дымом первых сигарет
Пропитался новый свитер.

На экране Фантомас
С комиссаром бьется лихо.
Там стреляют, а у нас – тихо.
Не до этого, мы строим
Тыщи фабрик и дворцов.

Назовет потом «застоем»
Это кучка подлецов.
На уроках я скучаю
И гляжу воронам вслед.
Мне всего двенадцать лет
Счастья я не замечаю.

* * *
А он все ближе, страшный день.
Нам со стола метнут окуски,
Как будто псам. И даже тень
На землю ляжет не по-русски.

Не умирай, моя страна!
Под злобный хохот иноверца.
Не умирай! Ну, хочешь, на!
Возьми мое седое сердце.

 

Людмила Щипахина (1933-2021)
МЫ
Не ведаем, что же нам надо
В плену несусветных проблем...
Мы — жалкие дети распада,
Не верим ни этим, ни тем.

В эпоху чужого насилья,
Когда расползается тьма,
Обломаны бывшие крылья,
Оболганы наши слова.

И в этом распроданном мире
Не нужен наш праведный труд.
Кого-то замочат в сортире,
Кого-то в подъезде взорвут.

Живем осторожно, не робщем,
Боимся ослушаться власть.
На торжище этом всеобщем
Мы — самая лишняя часть.

ОНИ И МЫ
Штампуя решенья и даты,
С душой, провалившейся в ад,
ОНИ восседают, где надо,
Присвоив продажный мандат.

Карьерные эти везенья
Окутаны в денежный мрак.
Невидимый орден презренья
Приколот на модный пиджак.

А жизнь и темна, и бесславна
В авариях, взрывах, слезах...
Седеющий пепел Беслана
Лежит на её волосах.

От НИХ — мы по-рабски зависим
Хоть ИМ наши беды не в счёт.
Коттеджи взмываются к высям
И нефть по карманам течёт.

Хоть ростом — не больше напёрстка
А духом — не выше тюрьмы…
ОНИ — одинокая горстка.
А толпы молчащие — МЫ!

ШЕСТАЯ КОЛОННА
Под тайным покровом закона,
В поддержку народно-проклятой,
Вползает шестая колонна,
Примкнув к опозоренной, пятой.

Но тоньше ключи подбирает.
И против ветров - не плюёт.
На струнах державных играет
И русские песни поёт...

И слышится с чувством особым,
Как там о любви говорят,
Где антисемит с русофобом
Обнявшись, в Госдуме сидят.

Покаяться всем и забыться!
Простить и не думать о том,
Как хочется им раствориться
В народном доверье святом.

Но хитрая, хищная стая
Не выбьет наш праведный код!
Давай, до свиданья, шестая.-
Шестёрка заморских господ!

* * *
У нас страна - не захолустье.
Не трусьте, русские, не трусьте.
На гребне каверзных событий,
Терпите, русские, терпите.
В прогноз конца и скорой смерти,
Не верьте, русские, не верьте.
В ряды невидимые строитесь.
Не бойтесь, русские, не бойтесь.
От сна и ужаса очнитесь
Молитесь, русские, молитесь.
И вновь - доспехи надевайте.
Вставайте, русские, вставайте!

 

Владимир Кудрявцев (1953-2013)
***
Площадь Красная. Бурлит Москва.
А хожу по центру, как по краю.
Грудь теснят сердечные слова,
Но кому их высказать — не знаю...

В стольной никому доверья нет.
Кто, скажите, в ней теперь хозяин?
Здесь не центр земель, а центр окраин
Той страны, которой больше нет...

В ГОСТЯХ
Здесь беда поселилась давно.
В сером доме, где сонно и дико,
Пьют дешёвое с горя вино,
Голоса надрывая от крика.

– Да-да-да, – забормочет старшой, –
Поскитались по белому свету.
И у нас было всё хорошо,
И у нас... А теперь, видишь, нету.

Почему так? Ответь на вопрос.
Отчего – не пропащие, вроде?
Жизнь, как поезд, пошла под откос,
Кто же стрелки за нас переводит?..

И на весь разобидевшись свет,
Ни во что в жизни грешной не веря,
Закричит он: «Найди мне ответ!..».
И заплачет. И бросится к двери.

Я случайно попал в этот дом,
Но теперь мне покоя не будет
От того, что хозяева в нём
Не чужие, а русские люди...

***
Лишь беда на порог – ты одна...
Где же, Русь, твоя сила и слава?
Так истерзана ты, так больна
Среди гнева и распрей кровавых.

Даже сын – как бы ни был хорош! –
Не утешит, любя, твою старость,
Если гордости в нём ни на грош,
Если в нём и стыда не осталось.

Он надеждой живёт – на авось
И пугается собственной тени.
Отчего же не бить нас поврозь,
Если мы, как рассыпанный веник.

Если истину ищем в вине,
Если косо глядим друг на друга.
Сам себя на родной стороне
Я почувствовал загнанным в угол.

Что осталось от громких побед?
Что в душе сохранили святого,
Если даже раскаянья нет
За распятое тело Христово.

Если больше врагов, чем друзей.
Если всё откровенней угрозы.
Стали жить мы и впрямь веселей -
Над собою смеемся сквозь слёзы…

 

Сергей Панфёров
БЕСПИЛОТНАЯ ОПАСНОСТЬ*
Мне приснилось небо в дронах,
Ближний луг разрывом смят.
Плачут лики на иконах,
А под ними дети спят.

Вьются злобные "стрекозы" –
Переполнены огнём...
И застыл, как от мороза,
Я в бессилии своём.

Нет спасенья. Лишь мгновенье
Отделяет от беды.
Чую смерти дуновенье,
Вижу детские гробы.

Просыпаюсь в страшной муке.
Слёзы катятся из глаз.
Рядом спят тихонько внуки.
Слава Богу! Не сейчас...

*Атаки БПЛА на гражданские объекты наших городов не прекращаются. Гибнут люди, дети. В одну из летних ночей над моим домом пролетели сразу 8 беспилотников самолётов типа. Летели низко, почти касаясь крыш наших пятиэтажек. Шли строем на Рязань и Москву. Я их отчётливо видел со своего балкона и слышал гул их двигателей и винтов. Летят они над нами регулярно по ночам.

Ия Сотникова
НЕТ НАКАЗАНЬЯ БЕЗ ВИНЫ
Нет наказанья без вины:
Нам так претило "бить поклоны",
И дождались – в тылу страны
Смертельные летают дроны.
Оружье – в лапах сатаны,
Горят склады, горят промзоны.
У необъявленной войны –
Свои мотивы и резоны.

И опустелые дворы
Глядят далёких лет ремейком—
Уже в них меньше детворы
И пар счастливых на скамейках.
И распахали пустыри
Под необъятные погосты.
Какая ж свадьба при двери,
Что стольких поджидают в гости?

Когда последний ураган
Пойдет косить, жесток и страшен,
По разоренным городам,
По разоренным душам нашим,
Не разбирая, кто герой,
А кто поруган и ничтожен,–
Дай силы нам воззвать: "Укрой!
Спаси нас, милосердный Боже!"